Книга И космос в придачу, страница 52 – Настя О

— Что ж, если вы все еще не в курсе, значит, на это есть свои причины, Кира. И я не могу так подставлять вашего сопровождающего. Но мое предложение все еще в силе. Как насчет того, чтобы устроить нашу встречу в каком-нибудь ресторане — взамен той, которую нам с вами сорвали?

— Я не очень понимаю, как это можно сделать, Двайр, — виновато отозвалась Кира.

— Не переживайте — проще простого, — тут же заверил ее форгетонец. — Куда вы сейчас направляетесь?

— На Тайпедру, — ответила Кира, не задумываясь. — Но Олейрон сказал, что не успел заправиться на Иммерсине, а поэтому нужно будет остановиться еще на…

— Сционе, — договорил Двайр. — Вот там и встретимся. Я только догоню вас, Кира. Не пропадайте из эфира!

Они почти сразу распрощались, и Кира поняла, что так и не дала окончательного согласия на встречу. Впрочем, лучше уж было посидеть где-нибудь с Двайром, чем постоянно смотреть на хмурого Олейрона.

Она нисколько не винила его в том, что случилось. Идея с приманкой не казалась ей рискованной. Кто же знал, что их недоброжелатели так быстро сориентируются и сделают превентивный удар? Но от этого шок Киры меньше не становился. И она ничего не могла с этим делать.

А айдеанец предпочитал морозиться. Хотя мог бы просто подойти и обнять.

После звонка Двайра Кира не знала, куда себя деть. Форгетонец отвлек ее от страданий, но настроение оставалось близким к нулевой отметке. Выходить к Олейрону не хотелось от слова «совсем». И даже не из-за того, что произошло на Иммерсине. Кира и до этого ловила себя на мысли, что испытывает стокгольмский синдром. А сейчас стало только хуже.

Если подумать, то с какой стати пришелец стал бы ей нравиться? Тот же Двайр вел себя намного вежливее и приветливее. И помогал ей совершенно бескорыстно. Так почему она почувствовала себя в безопасности только тогда, когда ее прижал к груди именно Олейрон?

Женская психика имела одно интересное свойство. Сейчас это свойство мешало Кире рассуждать здраво. Конечно, она могла бы списать все это на самокопание, связанное с пережитым стрессом. Тем не менее, факт оставался фактом: она всерьез увлеклась мужчиной, который вынудил ее покинуть Землю и полететь с ним в незнакомый Галактический Союз. Почему так произошло? Кира знала ответ на этот вопрос, но боялась сделать этот вывод, чтобы окончательно не рухнуть в пропасть. И все же нужно было быть честной с самой собой.

Олейрон заботился о ней, несмотря на то, что не испытывал явного желания это делать.

Он помог ей с душем. Рассказал о том, что ей предстоит. Кормил ее едой собственного приготовления, в конце концов. И дарил то самое безграничное чувство защищенности, по которому так соскучилась Кира. Возможно, она надумала себе большую часть выводов, но интуицию было не обмануть. Несмотря на то, что, по большей части, Олейрон отталкивал ее, он все равно творил добро по отношению к ней.

Что с этим делать, Кира совершенно не представляла. Можно было бесконечно убеждать себя, что в небольшом замкнутом пространстве два существа противоположного пола просто обязаны начать испытывать друг к другу симпатию, только вот Олейрон с успехом это правило опровергал. Он заботился о ней из-за необходимости. Кира начала сходить с ума самостоятельно, без его помощи. Нужно было как-то приводить мысли в порядок.