Книга Калька, страница 23 – Настя О

— Как меня зовут?

— С каких пор ты позабыла свое имя, Андреа Уайт-Нортсторм? — переспросил Гойт, а затем сам же дернулся от своих слов.

— Видишь, это может произойти не только со мной, — примирительно заметила я. — Зато теперь я знаю твою фамилию. Нортсторм — северный шторм. Тебе подходит. Давай спать? — вопросительно глянув на «мужа», как ни в чем не бывало спросила я.

Гойт утвердительно кивнул и тяжело вздохнул. Затем опустился на подушку и подложил под голову руку. Похоже, отворачиваться он не собирался, так что это сделала я. Просто смотреть на него сейчас оказалось выше моих сил. То, с какой интонацией он произнес мое имя, было слишком похоже на то, что он говорил во сне. Я прекрасно понимала и отдавала себе отчет в том, что все это неправда. Но снова услышать свое имя с той самой интонацией оказалось неожиданно приятно. Я хотела семью с Гойтом. Осталось только понять, в одном ли сне со мной было это желание.

В ту ночь мне больше не снились кошмары, и я проснулась прижатой к груди Гойта. Не осознавая, что делаю, я повернулась к нему лицом и потянулась за утренним поцелуем.

Когда я поняла, что чуть не натворила, меня охватил озноб. Открыв глаза, я испугалась еще больше, потому что Гойт, похоже, проснулся раньше меня. Я не могла точно описать выражение его глаз, но то, что медленно затухало в их глубине, иначе как желанием назвать было нельзя. Я гулко сглотнула: капитан корабля... что-то ко мне испытывал?

— Доброе утро? — произнесла я, скорее, с надеждой.

— Доброе утро, Анди, — поприветствовал меня Гойт, не меняя положения.

Мне стало жутко неловко оттого, что доставляю ему неудобства. Когда я решила высвободиться из его объятий, он с легкостью отпустил меня.

Образовавшееся между нами расстояние помогло мне прийти в себя, и я бодро спустилась с кровати.

— Прости, — все же решила признаться я. — Мне немного неловко, но… можно считать, что начало семейной жизни положено?

По улыбке, скользнувшей по губам мужа, я поняла, что шутку оценили, и почувствовала себя более уверенно.

— Вполне, — ответил Гойт, откатываясь к своему краю кровати. — Осталось только привыкнуть к корабельному расписанию в мирное время и в периоды скачков.

— Расскажешь? — с надеждой спросила я.

— Одевайся, — кивнул Гойт и отправился в ванную.

Я же, воодушевленная и окрыленная тем, как началось утро, выпорхнула из кровати и оказалась рядом со шкафом.

Гардероб той Анди, которая должна была быть в реальности Гойта, меня обескуражил. Нет, конечно, не обошлось без моих вкусовых предпочтений. Здесь было несколько пар брюк и джинсов, к которым можно было подобрать удобный верх. Но ее платья я бы ни за что не надела.

— Хм… — Я вздрогнула от возникшего за спиной Гойта, с не меньшим интересом изучающего внутренности шкафа.

— Вот это — я. — «Жена» решила внести ясность в отношения, указывая на джинсы. — А вот с этим ваши строители реальности ошиблись. Вообще не в моем вкусе.

— Зато привлекло бы Потребителей, — задумался Гойт.

— Что ты имеешь в виду?

— Скорее всего, это твои сценические образы. То есть вещи, в которых ты выходила на задания. Похоже, та Анди действительно была не самым слабым участником команды.

— Почему? — удивилась я.

— Остаться наедине с Потребителем — это очень сложно, тут требуется выдержка и сильная концентрация, — пояснил Гойт, глядя мне в глаза. — Судя по одежде, ты это делала — и не раз.