Книга Молчание Гладиатора, страница 52 – Нина Северова

Артур кивает и сводит брови.

— Да, я не смог это предотвратить. К сожалению. Сначала Лия очень сильно кричала, а потом… перестала совсем разговаривать.

Сжимаю в руках телефон. Моя маленькая хрупкая девочка. Моя Лия. Что же ты пережила.

— Если Нелли убийца, так почему она на свободе?

Артур усмехается, будто я сказал такую чушь.

— Шахид, ты ведь знаешь, какая у нее семья. Связи, деньги, родство. Никто бы даже не взялся за дело. Я тихо похоронил Лену и всё.

— А Нелли? Никакого осознания?

— Ей плевать. Она бы сделала это снова и снова. Потому что я страдал и страдаю по сей день. Они радовались, что Лены не стало. И их веселило, что Лия сломалась. Я настаивал на вашем браке, потому что хотел для Лии хорошего мужа. Я провалился как отец, так хоть мужа нашел ей нормального. Я ведь не просто так пришел к твоему отцу, Шахид. Я очень долго за тобой наблюдал. Но не учёл, что Алина со своим обострением всё испортит. Я не знал, что они подменят невесту. Точнее, я узнал за несколько минут. И надеялся, что ты украдешь Лию. Пусть будет этот позор, но она наконец-то освободится от нас.

Последние слова режут до нутра. Страшно представить, что терпела Лия, с чем она справлялась. Одна. Грудь давит от жалости. Ни один ребёнок не должен видеть смерть своих родителей, да ещё и в детстве. Ужасно. Это просто ужасно.

— Ты не думаешь, что Рафаэль по команде Нелли притащил этот пакет?

— Всё может быть, Шахид. Если это окажется правдой, я не удивлюсь. Алина психует, что ты не женился на ней. У нее каждый день истерики, она каждый час пытается выпрыгнуть из окна. Но это симуляция. Просто Нелли и её семья вокруг Алины бегают, то подарки, то ещё что-то. Так что, — пожимает плечами, — Не исключено.

— Но справка о психическом заболевании — это ведь правда? — подхожу к двери и открываю щеколду.

— Правда. Но Алина знает, когда включить дурочку специально.

Возвращаюсь домой в шоке от разговора. Машина едет, а я вообще не замечаю, что происходит вокруг. Внутри — пустыня и темнота. Я не впечатлительный, но это касается моей жены. И я не могу быть в стороне её переживаний и боли.

Лия готовит пирог с яблоками. Когда я зашёл, она взбивала яйца, а яблоки уже лежали в форме. Такая домашняя. В пижаме и без носок.

Отставляет посуду в сторону и поворачивается ко мне. Обнимаю так крепко, что слышу сдавленный вздох.

— Мне жаль, что ты всё это пережила, Лия. Так жаль, что я просто разваливаюсь, — целую в висок. — Но теперь ты не одна. Я всегда рядом, чтобы не случилось.

Остаток дня мы провели молча. Ни звука. Я наблюдал за действиями Лии и чувствовал, что надо сделать дальше.

Она мыла посуду, а я забирал тарелки и ставил их в высокий шкаф, до которого она дотягивается на носочках.

Она резала пирог, а я подставлял блюдца и разливал кипяток по кружкам, чтобы она не обожглась.

Она садилась на диван, а я достал плед и укрывал её ноги, чтобы она не замёрзла.

Лия смотрела на меня с некоторым удивлением, но ни разу не попросила телефон, чтобы написать сообщение. Эта тишина между нами… Мне нравилась.

Я включил на телевизоре канал про путешествия. Лия положила голову мне на грудь, я гладил ее волосы и наматывал длинные пряди на пальцы. Она прижималась ближе, будто хотела обнять крепче, но стеснялась.