Книга В объятиях его жестокости, страница 1 – Нина Северова

Смотрю на мужика, который практически захлёбывается слезами. А я ничего ещё не сделал. Просто сижу и смотрю на это представление.

— Батыр, я всё верну, честно. Дай мне ещё немного времени, – в глазах мольба.

— У тебя было достаточно времени, чтобы вернуть долг. Но ты предпочёл делать ставки и спускать бабки. Верил в свою удачу? Или может в бессмертие? – достаю зубами сигарету из пачки, Асылжан подаёт зажигалку. Курю прямо в квартире, насрать.

— Нет, я просто… Хотел заработать больше, – вытирает сопли. Виталя-Виталя, вроде взрослый мужик, а мозгов как у амёбы.

— Так может работать надо было пойти, а не в карты играть, м?

— Я устроюсь на работу, обещаю. И всё верну. Пожалуйста, дай мне отсрочку, – встаёт на колени. Слабак.

Хата вся раздолбанная. Виталя проиграл вообще все, даже кота. Вот мы ржали тогда. Но кот красивый, живёт теперь на даче у Ромыча, мышей ловит. Люблю животных, а людей – нет.

— Даю последний месяц, Виталя. Если через тридцать дней не вернёшь четыреста штук, квартиру заберу, а тебя на свалку отправлю. Надоело ждать. Но сегодня я добрый, так что, живи пока, – бросаю окурок в кружку с чаем и встаю.

— Четыреста тысяч?! Батыр, я же должен меньше, чуть больше ста, – ползет по ковру.

— Проценты, дорогой. Ты полгода меня обманываешь, некрасиво, надо заканчивать это.

Киваю Асылжану и выхожу из квартиры. Парни мои сейчас немножко помнут его, для профилактики.

Сажусь в тачку, Азамат сразу трогается. Ненавижу ходить к должникам. Вечно развозят сопли, ноют. Как будто я привел их к себе за руку и просил взять денег. Сами приходили и сами просили. Условия все знают. Как и последствия. Но как дело до выплат доходит, так сразу садятся на жопу. Ну, и куда это? Нельзя допускать беспорядок.

Жара, просто жуть. Лето в этом году не щадит. Люблю такую погоду, когда небо чистое, солнце высоко и палит. Сразу вспоминаю родные степи. В последнее время часто думаю о доме, которого уже нет давным-давно. Как бабушка корову доила и потом творог делала. Здесь не могу найти еду похожую на ту, деревенскую. Всё не то, всё не так.

— Давай к Зубу сначала, пожрать надо.

Азамат сворачивает на кольцо, машин тьма. Куда все едут в городе? В такую погоду надо на даче отдыхать или в реке плескаться. Надо бы съездить тоже, ополоснуться.

Терпеть не могу Зуба, мерзкий тип. Но деньги за крышу платит исправно. И девок нормальных приводит. Я не любитель по доступным ходить, но иногда надо снять напряжение, иначе совсем беда с головой. Я и так слишком дерганный. А нормальные рядом не водятся. Нахрен я нужен им.

В палатке сидят какие-то мужики. На дальнобоев не похожи. Не люблю чужих – это всегда опасно. Жизнь такая, не знаешь, когда она оборвется. То ли от пули, то ли от пера.

— Батыр, проходи, мы всегда тебе рады, – Зуб давит лыбу, а глаза бегают. Ссыт. Это хорошо.

— Принеси два шампура и что-нибудь холодное. Вчера нормальный квас был, тащи его, – сажусь в пластмассовое кресло.

Девяностые давно прошли, а в этих местах они будто расцветают. У Зуба такие бабки, на самом деле. Он мог здесь всё подшаманить и сделать по красоте. Но предпочитает существовать вот в этом. Плевать, платит и до свидания.

Азамат сидит рядом поникший. Он всегда молчаливый, но что-то не нравится мне в последнее время.