Книга Кровь Достойных. Бастион Восточный, страница 157 – Алексей Гапоненко

Изрубленное тело падает на землю, кривой куклой. Железные колья вываливаются из мёртвых рук, а на лице навечно замирает гримаса страха и ужаса. Дым Скверны ползёт по останкам, начинает втягиваться внутрь. Ну, уж нет!

— Дим’ёрк проджекто, игнис элементум, – две огненные стрелы врезаются в труп, поджигая и отгоняя вездесущую Скверну. Дело сделано, осталось добить остав…

Вторая волна Скверны накрыла с головой. На миг сознание дало слабину, пропустив старые образы храма Шестерых и ритуала пробуждения на передний план, но они уже не имели силы над мечником. Плюнув в лицо возникшему вокдеоруму, Верус развеял наваждение, повернувшись к реальной угрозе.

Эйко’Ульчерис изменилась. То, что помнил с Горелой кочки, уступило место корявому рубцу. Чёрная воронка вихря, всасывающая дым Скверны и пульсирующая ужасом и страхом, теперь напоминала скорее косой разрез, оставленный неведомым клинком. Края «дыры» постепенно расширялись, а в её сердцевине вились жуткие образы. Отдалённо они напоминали кричащие, смеющиеся и плачущие лица, что видел в божественном сновидении за своей собственной спиной. Но если те вызывали неприязнь и сомнения, то эти по-настоящему терзали разум, заставляя отвернуться или прикрыть глаза. Словно что-то противное самой его сути пыталось показаться из-за пелены, и лишь мгновение отделяет это от рождения.

— Аима, роло’мэ ильёс. Аима, роло’мэ ильёс. Аима, роло’мэ ильёс! – три раза повторил он слова заклинания. Три вектора лопнули на руках, но вместо трёх перед Пробудившимся воспылали целых пять шаров пламени и жара. – Тебя тут не ждут, тварь! – процедил сквозь зубы Верус и ослабил контроль.

Пять огненных шаров полетели к рвущейся пелене тьмы и потусторонним лицам, прячущимся за ней. Чудовищной силы взрыв сотряс землю. Волна жара и сжатого воздуха ударила человека в грудь, оттащив назад не меньше, чем на метр. Прикрыв голову руками, мечник старался рассмотреть, что у него вышло. А вокруг горело поле, трупы и кажется сам воздух.

В пылу сражения Пробудившийся позабыл о всё ещё лежащей на алтаре Джулии. Пожертвовав для неё вторым жёлтым ядром Фрома, и оставив себе только красного малыша, он переключился на битву. Нигма начала восстанавливать раненую грудь Джулии, и пока он просто не мог сделать для неё ещё что-то, оставив лежать на алтаре и поправлять здоровье да возвращать силы.

Ударная волна не пощадила бессознательную девушку, грубо столкнув с камня, но это же и спасло её от грядущего. Упав с алтаря, та оказалась закрыта им же от центра бушующего пожара и того, что явилось в Старсию несмотря на все старания охотника.

Первой пришла волна холода. Ледяное дуновение ветра, родившееся прямо из нутра кривого разреза ткани мироздания, проникло, казалось бы, даже в голову, застопорив мысли и охладив жажду боя. Но Верус быстро справился с потрясением, топнув ногой и вернув себе контроль над телом.

Внутренний костёр силы вспыхнул с новой силой, сбросив с себя тонкую корку льда и распространив вокруг уже его владения. Столкнувшись с мощью, пришедшей в Старсию, они вступили в яростную схватку за территорию. Вот только метр за метром пожар гас, увядая, как осенний лес теряет листву, красными слезами. Холод и трескучий мороз медленно, но верно распространялся, отталкивая владения мечника.