Книга Бог из Пустоты, страница 131 – Алексей Гапоненко

– Ты должен признать правду. Твой мир – сказка для детей! Настоящий мир совсем другой, ему плевать на тебя! Всем плевать!

— Закрой рот, скотина! Закрой свой грёбаный рот! – огненная ярость, вдруг сменилась ледяным холодом. Злоба переросла в ненависть и отрешённость. Незнакомое чувство, но такое нужной в тот момент.

— «Мне не о чем говорить с ним. Родители у СГК, их надо вытащить. Я обязан сделать что-то. Найти спо…»

– Не пытайся отгородиться от меня, Стиви. Я – это ты!

— Ложь! Грязная ложь! Я – не един! Я – не мы!

– Что?!

— Что слышал, тварь! Я не твой и ни… – воздух вдруг покинул лёгкие, оборвав мою гневную тираду. Схватившись за горло, я пытался вдохнуть, но ничего не выходило. Тело вновь предало меня.

– Ты с-с-сказал, не един. Почему? – ледяное шипение прокатилось по костям, выкручивая суставы и обжигая нервы. Ноги подкосились и колени встретились с жёстким полом, из глаз брызнули слёзы. Адская мука терзала каждый дюйм тела, вирус переходил в наступление по всем фронтам. Но даже сквозь всю эту боль я заметил нечто очень странное. Его голос, испуган. Почему это существо повело себя так? Я всем нутром почувствовал, что это нечто очень важное.

– Не молчи! Отвечай!

Изнывая от чудовищной боли, я из последних сил напрягал мозг, пытаясь разгадать тайну. Почему его так задели мои слова? Что такого в этой фразе? «Не един». Я попытался вспомнить, откуда взял её, но не смог. Слова будто всплыли сами по себе из потаённых глубин сознания. Я не помнил, где слышал их. Это пугало. Чертовски пугало.

– Отвечай!

Не в силах терпеть муки, я сдался:

— Я не знаю! Отпусти меня, я не помню!

– Это сказало дерево? – рык чудовища перебил меня, а на голову обрушилась новая волна агонии. – Ты должен всп…

— Я… тебе… ничего не должен!!! – отгородившись от боли барьером ненависти, я, что было сил, закричал. Мой крик прокатился по стенам, полу и потолку, отражаясь от столов и людей подключенных к виртуалу. Все они были погружены, никто не слышал меня. Никто, кроме инфопомощника и злобного пришельца.

— Что-то случилось, сэр? – электронный голос донёсся из-за стойки. – Если нет, то соблюдайте звуковой режим. В случае повторного нарушения арендованное вами время будет списано.

Виски сдавливало всё сильнее, но теперь я мог сопротивляться. Это было странно, похоже на хитрую уловку. Злость и ненависть помогают справиться с тварью, сидящей во мне. Но они же сближают нас, делают единым. Кошмар во плоти.

— «Слишком сложно! Выкинь эту чушь, идиот! Подумай о маме с папой. Вот о чём необходимо волноваться. Плевать на него и его тайные планы. Если могу заглушить это злостью, то так тому и быть. Пусть будет злость, лишь бы помочь им».

Выдохнув, осознал, что наконец-то могу дышать. А, открыв глаза, понял, что лежу на полу. Когда я упал? Из-за адской агонии, всё смешалось в голове. Встряхнув ею, попытался подняться. Получилось это далеко не с первого раза, но всё-таки получилось. Придерживаясь за край стола, ваш покорный слуга пытался хоть немного прийти в себя. Дышать до сих пор было тяжело, что-то в горле словно мешало, зрение немного плыло, однако я больше не слышал его. Голос ушёл.

Немного успокоившись, огляделся. Меж столов и стульев виднелись десятки погружённых людей. Мужчины, женщины, толстые и худые, высокие и низкие. Калейдоскоп людей на любой вкус и цвет. И все они спали в объятиях виртуала. Во всём здании я единственный бодрствовал, свободный от иллюзий. От этого, стало ещё хуже. Осознание полного одиночества легло на плечи. Я опять один, как и всегда. Один на один с миром, с верой и с Богом. Только родители по-настоящему ценили меня и понимали. Больше никто во всём мире. А теперь кто-то посмел забрать их? Ну, уж нет!