Книга Танец кружевных балерин, страница 124 – Людмила Мартова

— Миша, вообще-то она тебе об этом говорила, пусть и не напрямую. Просто, зная ее, можно было догадаться, что, получив у тебя от ворот поворот, она будет ломиться в другие двери. И согласись, что, судя по тому, что происходит, права была она, а не мы с тобой. Старушку-то, похоже, действительно, убили. И не мне тебе рассказывать о необходимости неотвратимости наказания.

— Да плевать мне на неотвратимость наказания! – заорал Зимин и тут же осекся, поскольку его баритон разнесся по всему подъезду, отражаясь от высоких потолков и многократно усиливаясь. – Если с ней что-то случится, как мне жить?

— Тогда не ори, а действуй, – хладнокровно ответила Лиля. – Думай как, а я пока спущусь к девочкам в ателье. Возможно, она к ним заходила. Возможно, они что-то знают.

— Ладно, а я все-таки пойду сдаваться Ирине Григорьевне. Снежана, уходя, могла ее о чем-то предупредить.

— Иди, я сбегаю в ателье и приду к вам.

Ирина Григорьевна восприняла известие о пропаже дочери спокойно, лишь побледнела немного и прижала к себе проснувшуюся внучку. Зимин уже видел свою тещу в экстренной ситуации и знал, что истерить, заламывать руки и отвлекать на себя внимание она не будет. Не из того теста сделана. Однако когда Снежана уходила из дома, пожилая женщина спала, а потому о планах дочери ничего не знала и куда та могла пойти не имела понятия.

Лилия Лаврова поднялась в квартиру Машковских спустя десять минут. Ее поход в ателье был более результативным. Заместительница Снежаны Лида имела полезную привычку постоянно смотреть в окно, а потому видела выезжающую из двора машину такси, в которой сидела ее начальница. Так, куда бы Снежана ни отправилась, эта точка находилась на некотором расстоянии от ее дома, иначе она бы пошла пешком.

Зимин вознес хвалу небесам за это обстоятельство и снова позвонил коллегам. Еще через десять минут у него был адрес, по которому чуть менее двух часов назад уехала его дражайшая жена. Еще спустя пять минут ребята пробили, что квартира по этому адресу принадлежит недавно скончавшейся Барановой Елене Николаевне. Итак, она все-таки отправилась на встречу ко второму С, хотя звонил ей кто-то другой.

— Поехали, – скомандовал Зимин Лиле. – Я вызываю опергруппу. Ирина Григорьевна, пожалуйста, вы, главное, не волнуйтесь. Я обещаю вам, что ее найду.

— Давно пора, – не совсем понятно ответила его теща.

Прыгнув в машину, Зимин набрал номер Александра Баранова. Тот ответил сразу и, если судить по звукам, к которым Зимин в минуты максимальной опасности был особенно чувствителен, находился где-то на улице. По крайней мере, в телефоне отчетливо раздавался птичий гомон. Ну надо же, первые числа марта, а птицы уже поют. Это значит, что весна совсем скоро.

— Слушаю вас, – сказал Баранов. – Говорите.

— Александр Петрович, с вами говорит следователь Зимин. Я расследую дело об убийстве Лидии Андреевны Кудрявцевой. Это сестра вашей учительницы Надежды Строгалевой.

— Убийство? Вы хотите сказать, что тетю Лиду убили? – В голосе Баранова не звучало ничего, кроме непомерного удивления. – Но зачем? Ах да… Eine Notiz, Statuette, Taste…

— Простите, что?

— Записка, статуэтка, пуговица. Это по-немецки.

Так, про клад этот человек знал. И что это дает?

— Александр Петрович, вам звонила Снежана Зимина? Она еще могла представиться Снежаной Машковской.