Книга Стереть из памяти, страница 56 – Людмила Мартова

Лика и Антон подтвердили, что видят.

— Они используются как отличительный знак, который носят не на лице, а на руках или выставляют на видное место в доме. Они называются Lega-паспорт, это своего рода документ, подтверждающий, что его владелец прошел обряд инициации, после чего приобрел особую мудрость и нравственность. Я вас, наверное, совсем заболтал и утомил?

— Нет, очень интересно, – искренне призналась Лика. – Дмитрий Владимирович, а когда вы в последний раз видели кого-то из сестер Батуриных?

Перемена, произошедшая с Ермолаевым за минуту, была так разительна, что Лика ни за что не поверила бы, что такое возможно, если бы не увидела ее своими глазами. Только что радушный и обходительный хозяин стал мрачным, лицо его практически почернело, то ли от гнева, то ли от боли.

— Сестры Батурины – лживые омерзительные гадюки. Что старшая, что младшая, – отчеканил он. – С самой юности обе только и умели, что вертеть подолом и доставлять неприятности другим людям. Двадцать лет ничего о них не слышал и совершенно не соскучился. Лучше бы и не слышал дальше.

— То есть вы в курсе, что младшая сестра Катя вернулась в Сестрорецк?

— Она пришла ко мне на прием. И, разумеется, тут же начала меня шантажировать.

— Простите, чем?

Ответить Ермолаев не успел. Послышался звук открываемой двери, затем шаги в коридоре, и в комнате появилась приятная дама за пятьдесят.

— Ой, Дима, у тебя гости, – сказала она, – а я не знала.

— Они уже уходят.

— Да, мы уже уходим, – подтвердил Антон.

Лика с удивлением посмотрела на него. Они же совершенно ничего не узнали. Не на африканские маски они приходили посмотреть, на самом-то деле. Доктор Ермолаев терпеть не мог и Регину, и Катьку. После смерти Регины он на много лет уехал из родного города в Африку, а вскоре после возвращения в Сестрорецк Катьки та была убита. И Ермолаев знал о том, что она в городе. Более того, он уверяет, что обе сестры ему неприятны.

Да, есть от чего голове пойти кругом. Наверное, Антон прав, нужно спокойно все обдумать и отсортировать информацию. Кроме того, сейчас самое важное – понять, почему убийство Регины повесили на случайных преступников. А для этого нужно найти родственников полковника Марлицкого. Конечно, у них с Ермолаевым была давняя вражда, но, может, он все-таки знает, где они живут?

— Дмитрий Владимирович, у меня еще есть только один вопрос. Не знаете ли вы, по-прежнему ли живут в Сестрорецке родственники Валентина Михайловича Марлицкого? Мне очень нужно поговорить с ними.

Ермолаев смотрел на нее с изумлением, природу которого Лика не понимала. Зато стоящая рядом женщина вдруг звонко рассмеялась.

— Вы вполне можете поговорить, – сказала она весело. – Дело в том, что я – дочь Марлицкого, Анна Валентиновна.

Лика оторопело смотрела на нее. Нет, ну надо же как повезло!

— Анна Валентиновна, я – внучка друга вашего отца Андрея Сергеевича Ковалева. Мне очень нужно понять, что случилось здесь двадцать лет назад. Я не знаю, рассказывал ли Валентин Михайлович вам хоть что-то про произошедшее здесь убийство, но, может, от него остались какие-то бумаги?

— Я вас отлично помню, – заверила ее женщина. – Правда, когда вы в последний раз приходили в гости к моим родителям, то были еще совсем девочкой. А все вопросы, которые у вас есть, вы можете напрямую задать моему отцу. Он, к счастью, жив, здоров и при полной ясности ума.