Книга Стереть из памяти, страница 132 – Людмила Мартова

— Какую такую фазу? – это спросил Николай.

— Выставления меня сумасшедшей, – улыбнулась Лика.

По плану Благушина возвратившуюся после долгого отсутствия Гликерию Ковалеву нужно было как следует дискредитировать в глазах общественности. После того как она сообщила о несуществующем трупе на пляже, нападении у бывшего дома Батуриных, которого «не было», а также о бездыханном теле в бассейне отеля, ей вряд ли кто-то поверил бы, начни она говорить о каких-то воспоминаниях двадцатилетней давности, появившихся после длительных провалов в памяти.

И у полиции, и у окружающих не должно было остаться ни малейших сомнений в неадекватности ковалевской внучки. Для воплощения этого плана Благушину понадобилась помощь Эльмиры Степановны. Давно и безнадежно влюбленная в него женщина, разумеется, была готова сделать все, что просил Константин.

Узнав от вернувшейся с суточной смены дочери о ночном происшествии на пляже и увидев перст судьбы в том, что тело нашла именно Лика, Благушин размышлял недолго. Эльмире он задурил голову рассказами о том, что молодая женщина вернулась в Сестрорецк, чтобы испортить ему жизнь из-за его давней ссоры с ее дедом. Он объяснял жадно слушающей Эльмире, что нужно сделать все, чтобы напуганная Гликерия Ковалева как можно быстрее покинула Сестрорецк.

Именно она была тем человеком, который, пробравшись на соседский участок, подкараулил Лику и ударил ее по голове, вызвав обморок, из которого ее вывел «случайно» оказавшийся рядом Константин Ливерьевич, заверяя, что она просто грохнулась в обморок и при падении получила шишку. Красные кеды очень удачно заодно вывели его из-под подозрения, ведь Лика хорошо запомнила, что обувь на нем была совсем другая.

И именно Эльмира Степановна запустила в бассейн надувную куклу, а потом подкралась к двери номера и разбудила спящую Лику стуком в дверь, чтобы та гарантированно увидела затеянное специально ради нее представление. Конечно, был риск, что куклу увидит кто-то другой из постояльцев, но тогда это можно легко списать на чью-то глупую шутку. Как бы то ни было, Эльмира Степановна вряд ли чем-то рисковала.

— Когда я прибежала ночью на ресепшен за помощью, дежурной там не было, – вспомнила Лика. – Эльмира Степановна появилась из комнаты для персонала пару минут спустя. Эта комната имеет свой выход на улицу, я его заметила позже. Разбудив меня стуком, она выскочила на улицу, дождалась, пока в моей комнате зажегся свет, быстро вытащила куклу и спрятала ее где-то неподалеку, а потом вернулась к стойке, где я в нетерпении топталась, чтобы вызвать помощь. Потом, когда мы с ней вместе пришли к бассейну, она очень убедительно разыграла недоумение, а потом и тревогу из-за моего странного состояния. Осталось только рассказать о том, что я не в себе, как можно большему числу людей. И любым моим словам уже вряд ли кто-то поверил бы.

— Так и было бы, – согласилась Снегова. – Вот только судьба нанесла преступнику непредвиденный удар. Соседские дети залезли в дом, в котором он спрятал тело Екатерины Панфиловой. То есть труп нашли раньше, чем Благушин надеялся, а потому стало ясно, что первое происшествие на пляже Гликерия Павловна не придумала. А раз так, то и все остальные ее «видения» вряд ли были таковыми. И теперь это – не плод ее фантазии, а чей-то злой умысел.