Книга Круиз на краю бездны, страница 81 – Людмила Мартова

— А я все вспоминаю ирландское рагу Марии Павловны, – вздохнул Иван, когда официант, принявший заказ, отошел от их столика. – Ни в одном ресторане не ел ничего вкуснее, хотя за эти годы объездил практически все европейские столицы.

— Маме будет приятно это слышать, – засмеялась Таисия.

— А ты ей расскажешь? Что встретила меня на теплоходе?

— Конечно, скажу.

— То есть я не ошибся, когда подумал, что пока ты о том, что я путешествую с тобой на одном корабле, родителям не сказала?

Что ж, в проницательности ему не откажешь.

— Нет, – призналась Таисия. – Отцу не надо напоминать о тебе на бегу, в коротком разговоре, но когда я вернусь, обязательно обо всем расскажу. Иначе и быть не может.

— Ладно. Если Александр Николаевич не захочет после этого меня пристрелить, то, пожалуй, можно будет рискнуть и напроситься на ирландское рагу, – он усмехнулся. – А пока я бы хотел обсудить с тобой очень важный и щекотливый вопрос. Собственно говоря, именно поэтому я и предложил пойти в ресторан.

Таисия испытала легкий укол разочарования. Так, значит, его предложение не связано с тем, что он хочет продлить время, которое они проводят наедине, вдалеке от посторонних глаз, тем более таких острых, как у академика Лурье. Он хочет поговорить о чем-то, не предназначенном для чужих ушей. Что ж, она сама себя поставила как компаньона, напарника в детективном расследовании, на что же теперь обижаться. Для уединения у него есть красавица Муза, которую он сегодня так лихо сдал полиции. Или следователь не полиция? Впрочем, какая разница.

— Я слушаю, – сказала Таисия бесцветным голосом.

— Тебе не кажется, что Леонид Петрович что-то скрывает?

— Что-о-о-о? – Признаться, Таисия была готова услышать что угодно, но только не это.

— Тася, у меня сложилось стойкое ощущение, что Леонид Петрович был знаком с погибшей Анной Михайловной Быстровой. Именно поэтому после известия о ее кончине у него впервые в жизни случился сердечный приступ. И сегодня вот опять, как только ты стала настаивать на том, что Анну Михайловну убили из-за того, что она своими рассказами привлекала чье-то внимание. Да и вообще он с первых минут, как увидел ее в ресторане на ужине, сам на себя не похож. Мне неприятно так думать, потому что Леонид Петрович – мой научный руководитель и вообще учитель, но я не приучен проходить мимо фактов.

Таисия подперла голову рукой, посмотрела на Орлова, явно кручинясь, и тяжело вздохнула.

— Ванечка, мне неприятно это говорить, но то, что Лурье и Быстрова знакомы, совершенно очевидно.

— Да? И с чего тебе это очевидно?

— С того, о чем ты только что сказал. Но это тебе, потому что ты знаешь Леонида Петровича лучше меня. Я понятия не имею, расстроен он или нет, похож на себя или не очень. Тут тебе, как говорится, виднее. Но я в силу работы над диссертацией тоже умею собирать факты, а потом выстраивать их в единую цепочку. А факты таковы, что Анна Михайловна в юности жила в Касимове, а потом по какой-то причине уехала оттуда аж в Сибирь. А Леонид Петрович, будучи молодым врачом, однажды приезжал в Касимов вместе со своим другом Василием Савельевым, и внучка этого самого Василия Никаноровича сообщила мне, что в Касимове у его друга приключилась какая-то романтическая история с замужней женщиной. И потом именно Савельева твой Лурье просит проконтролировать вскрытие погибшей на теплоходе женщины. Ни на какие мысли не наталкивает?