Книга Из ледяного плена, страница 31 – Людмила Мартова

— А вы, получается, были? – Зубов повернулся к Велимире всем корпусом.

— Была, – легко согласилась девушка. – Еще при жизни Нюточки. Сопровождала ее к дяде Борику. Когда тот уходил в свои знаменитые запои, Нюточка носила ему еду и вызывала нарколога. Когда она уже болела, но еще выходила из дома, я подвозила ее, чтобы она не таскала тяжелые сумки. А картина Григорьева, висящая на стене, называлась «Мальчик в костюме матроса». Дядя Борик купил ее незадолго до того, как его дела покатились под гору. Это дорогая работа.

«Мальчик в костюме матроса». Этого названия Алексей от Дорошина не слышал. Что ж, Виктору Николаевичу всегда можно позвонить, и он уточнит стоимость картины.

— Насколько дорогая? – все-таки спросил Зубов у Велимиры.

— Я точно не знаю, я ж ее не оценивала. Но не менее полумиллиона долларов.

— То есть примерно столько же, во сколько ваш Борик оценил своего лже-Малевича. Интересно, почему он решил продать не Григорьева, а именно его.

— Понятия не имею. О том, что «Малевич» выставлен на «Авито», мне сказал дядя Сава, когда я увидела картину у него в кабинете. Ну и про проблемы Иринки, которой дядя Борик решил помочь, тоже. Алексей, вы найдете дядю Саву? Я согласна с папой. Он не может быть убийцей, и мне кажется, что с ним произошла беда.

— Рано или поздно найду, – кивнул Зубов. – Но поймите меня правильно. В первую очередь я расследую уже случившееся убийство. И в рамках этого расследования мне нужно осмотреть эту квартиру. Вот только постановления у меня нет. Савелий Игнатьевич пока никак не проходит по делу.

— Осматривайте, – развел руки Борисов. – Делайте все, что считаете нужным. Под мою ответственность. Дяде Саве я потом все объясню. Да и уверен, что он не будет против. Борик – единственный человек, который напоминает ему о Нюточке. Вся остальная родня – это его собственные сестра и племянники.

Воспользовавшись любезным предложением, Алексей быстро, хотя и тщательно осмотрел квартиру. Любопытная Велимира ходила за ним по пятам, и он ей не препятствовал, потому что никаких процессуальных причин находиться здесь не имел. Он хорошо знал, что ищет, но все его поиски не увенчались успехом. Выставленных на продажу бриллиантов и изумруда в квартире Савелия Волкова не нашлось.

— Кстати, о племянниках. – Закончив осмотр, Алексей вернулся к предыдущему разговору. – Я бы хотел с ними познакомиться, так сказать, негласно. Конечно, их всех вызовут на допрос к следователю, как пусть и дальних, но все-таки родственников потерпевшего Самойлова. Но в кабинете у следователя люди ведут себя совсем иначе, чем в повседневной жизни. Вы понимаете, о чем я?

— Понимаю, – кивнул Борисов. – Давайте сделаем так. В субботу у моей матери день рождения. Мы пригласили всех, потому что давно и прочно дружим. Наши дети выросли вместе. Мирка и Олег, младший сын Татьяны, – вообще одногодки, как и дочь Борика, Иринка. Она, конечно, присутствовала на семейных торжествах, только пока ей не исполнилось шесть, потом мать не пускала, но все же мы иногда общаемся, хотя она и меняет постоянно номер своего телефона.

— Иринку тоже можно позвать, – пожала плечами Велимира. – В конце концов, она потеряла отца, так что ей не помешает дружеская поддержка. А телефон, наверное, есть у Олега.