Книга Где воскресают бабочки, страница 81 – Нана Рай

Людмила останавливается возле двери в кабинет Руслана и спустя томительную минуту заходит. Муж развалился в кресле, а на столе стоит пустая бутылка коньяка. Лишь на дне таится тонкий слой янтарной жидкости, которая сегодня послужила ему обезболивающим.

— Это плохая идея, – Люда со вздохом присаживается на колени к Руслану и обнимает за шею. От него пахнет спиртным, взгляд осоловелый, но еще достаточно осмысленный, хотя, наверное, он жаждал беспамятства.

— Больше ничего не придумал, – хрипит он так, будто подряд выкурил несколько пачек сигарет.

— Руслан, мы не должны отчаиваться. Диагноз Людочки не приговор. Мы будем жить как раньше, будем лечиться. Она выздоровеет. Мы не можем позволить ей впасть в уныние. Если она поверит, что умирает, то никакая операция не поможет.

— Ты не видела взгляд врача? Он так старательно его прятал. – Руслан поднимает на нее воспаленные глаза. – Ты же сама все слышала. Он дает ей год или, в лучшем случае, два. У нее опухоль головного мозга… – Последние слова Руслан произносит с надрывом и больше не может сдерживать слезы.

Людмила прижимает голову мужа к своей груди и слегка укачивает, пока рыдания перестают сотрясать его тело. Ее лицо тоже мокрое. Но никто из них не рыдает так громко, как ему хочется. Оба боятся, что дочь услышит. И они зажимают боль в глубине себя, стискивают зубы так крепко, что перед закрытыми глазами плывут круги.

— К тому же ты видела ее смерть, – еле успокоившись, произносит Руслан.

— Я видела ее мертвой, но ты сам знаешь, что мои видения нельзя трактовать буквально.

— На этот раз все яснее некуда, – шепчет он и заглядывает в ее глаза. – Все-таки это плохая примета.

— Какая? – Людмила прижимается к его лбу и вдыхает коньячный аромат, чтобы тоже опьянеть и хоть как-то заглушить боль.

— Называть дочь именем матери.

=♦=♦=♦=

Он всегда пьет только коньяк. Вот и сейчас, плеснув в стакан огненной жидкости, Руслан делает большой глоток, который мгновенно обжигает горло. Время все ближе и ближе к полуночи, а он еще не добыл последний элемент. Но он не сдастся. Он потратил на это два года жизни, прорву денег. Пожертвовал бизнесом, которому больше не мог уделять достаточно внимания. Пожертвовал семьей. И теперь Руслан не позволит своим планам рухнуть в самом финале.

— Руслан Олегович, – в дверях кабинета возникает Богдан с перевязанным плечом. Не будь белых бинтов, то по его лицу ни за что не поймешь, что он ранен. – Ваша… гостья требует, чтобы вы ее выпустили.

Руслан тихо ругается:

— Если бы я знал, что вы упустите Владлена, я бы привез ее позже. – Широко шагая, он выходит в коридор и по пути передает Богдану мобильный Макса. – Созвонитесь с Владленом и любыми способами заставьте его приехать. Если ему, конечно, дорог друг. И брат.

Богдан коротко кивает и спускается по лестнице. Руслан, спасаясь от духоты, расстегивает верхнюю пуговицу на рубашке и останавливается напротив двери в гостевую спальню. Она сотрясается от ударов кулаками, а дикий крик бьет по ушам.

— Руслан, выпусти меня сейчас же! Ты не смеешь держать меня здесь, я не твоя пленница!

На третий удар он раскрывает дверь, и Людмила валится прямо на него.

— Успокойся, – цедит он. – Ты же никогда не была истеричкой. Где твой аристократизм?

— А где твое сердце? – Ее глаза мокрые от слез.