Книга Турецкий дебют, страница 54 – Андрей Лучиновский

Солнечный лучик пробился сквозь неплотно прикрытые шторы и застыл на правой ягодице Анжелики. Я так и не смог уснуть и сейчас лежал рядом с ней, молча наблюдая, как утренний свет просачивается в комнату и медленно карабкается по стенам.

Мои мысли были в полном смятении — в голове теснились раскаяние по поводу сегодняшней ночи и тревога за будущее. Моё будущее, естественно, Лике-то ничего не грозило, а вот меня её вездесущий папашка может прижучить очень больно. А в том, что про эту ночь он узнает, у меня никаких сомнений не было, Берендей уже доказал, что рано или поздно он узнаёт обо всём и обо всех. Я мысленно попросил Многоликого, что бы это случилось, как можно позже.

Услышав звук отпираемого замка, глубоко вздохнул. Ворвавшийся в комнату Рысь моментально разогнал все мои тяжёлые мысли. Но, как только он открыл рот, я приложил палец к губам:

— Тс-с, Лику разбудишь. Пошли лучше на кухню.

Рысь прикрыл рот рукой, но плюхнувшись в кресло, тут же громким шёпотом заявил:

— Не-е-ет, к чёрту кухню, я хочу на это посмотреть.

— Ты извращенец, что ли? — осуждающе на него взглянув, я осторожно убрал руку девушки со своей груди и сел.

— Да чего я там не видел, я её чуть ли не с пелёнок знаю, — фыркнул он в ответ, — Мне интересно, что она скажет, когда проснётся, а не вот это вот всё.

Он помахал рукой в воздухе.

— Скажу, что ты сволочь, Линки, — тихо пробубнила Лика, не отрывая щеки от подушки, — Врываешься спозаранку, как к себе домой, да ещё и права начинаешь качать.

— Так я, милая, как бы и есть у себя дома, не забыла? Я тебе не нянька, Лиса, понимаю, что это твоё личное дело с кем и когда кувыркаться, но если твой отец узнает о твоих похождениях, то у меня прибавится неприятностей, а они мне сейчас ни к чему.

"Нормально. У него, значит, неприятностей прибавится, а я так, погулять вышел. Да меня первого же и прихлопнут."

— Уф-ф, до чего же ты с утра тошный, Линки. То, что ты хозяин этой комнаты, не даёт тебе права врываться в неё в любое, удобное для тебя время… — ничуть не стесняясь присутствия Рыси, Лика села кровати и, нашарив под подушкой свои трусики, начала просовывать в них ноги.

Когда они оказались на уровне коленей, девушка вдруг резко встала и, невысоко подпрыгнув, одним движением натянула их на… предназначенное для них место. Оценив, как заманчиво всколыхнулась её грудь, я мысленно улыбнулся — девчонка явно хотела потроллить Рысь, пытаясь шокировать его своим видом. Но переведя взгляд на него, я понял, что все старания Лики пошли прахом. Рысь сидел с задумчивой улыбкой и смотрел совсем не на неё, а на меня.

— Женя, гони его к чёртовой матери, а то он скоро третьим в твою кровать попросится, заявив, что он хозяин кровати, — бросила Лика и, перекинув платье через плечо, отправилась в душ, громко буркнув напоследок, — Ну никакой личной жизни…

Бросив в её сторону взгляд, Рысь слащаво-умильным голосом сообщил:

— Милая, в отличии от другой части тела, выгонялка у него ещё не выросла до приличных размеров.

Дождавшись, когда за ней закроется дверь, он повернул голову ко мне и сменил тон на недовольный:

— Чего на меня вылупился? Тащи табуретку и верёвку с мылом.

— Зачем это? Я пока вешаться не собираюсь, — улыбнулся я в ответ.

— А придётся. Папа ведь узнает, что ты его дочку того-этого и без зазрения, так сказать, княжеской совести. И никакая гвардия тебя не спасёт, уж поверь.