Книга Турецкий гамбит, страница 24 – Андрей Лучиновский

— Ты пропихнул своих соглядатаев в мою гвардию?! За моей спиной?!

— Кира, давай-ка успокойся. Пошли к машине, я по дороге тебе объясню, зачем я так сделал.

Я зашипел от накатившего на меня негодования, но всё же сдержался, чтобы не наговорить ему гадостей. В конце концов, Рысь всегда мне помогал, не требуя ничего взамен, значит у него были свои резоны так поступить.

— Никакие они не соглядатаи, Кира, зачем мне следить за твоими людьми, если я и так всё знаю? Мои протеже даже не бойцы, а логистики. Надеюсь объяснять их полезность для тебя и Синельникова не надо?

— Не надо. Только почему всё делалось через мою голову?

— Извини, всё же ты пока чисто номинальный командующий, а Синельников действующий. Но дело даже не в этом. У тебя мало забот помимо набора новичков в ЧВК?

Я промолчал, не зная, что ответить.

— Я же вижу, что ты пытаешься лично участвовать везде, где только можно, и хорошо понимаю, зачем ты так поступаешь. Таким способом глушится боль. Глушится, Кирилл, а не лечится, это прямая дорога к безумию. Бестия была лишь первой ласточкой, так остановись, не надо ловить вторую. Оглянись вокруг, Кира! Тебя окружают друзья, а теперь ещё и близкие, ты снова обретаешь семью. Погибших уже не вернуть и не заменить, но судьба вернула тебе мать и подарила двоюродную сестру. А Анжелика? Их любовь бесценна, а ты, как слепой, пытаешься забыть прошлое, не замечая, что отталкиваешь своё будущее.

Он немного помолчал, давая мне время проникнуться.

— Отсюда и моё желание избавить вас с Ликой хотя бы от мелочей. Я думал, что ремонт в доме позволит вам немного отдохнуть от дерьма, что валится со всех сторон, но нет, тебе же больше всех надо, ты должен везде быть сам. Запомни одну вещь, Кира — не важно, где ты в данный момент, важно, как далеко ты сможешь дотянуться. А для этого нужны близкие и друзья. Вот и научись им доверять, не бойся перекладывать на них часть задач и своих проблем, с которыми они могут справиться намного лучше, чем ты. Поверь, среди нас нет тех, кто бы безосновательно отказал тебе в просьбе.

Мы уже не шли, а стояли посреди поля. Я почувствовал, как защипало в глазах, и отвернулся от Рыси, подставив лицо лёгкому ветерку. На обсушку. Не хватало ещё расплакаться.

— Прости, Рысь, накатило. На меня и вправду навалилось столько всего, что иногда хочется волком выть. Мама… Предательство деда. Беременная Лика, сегодня Берендей ещё беременную Альху привёз.

— Беременная Тая, — ухмыльнулся Рысь.

— Эй… а она-то тут причём? Вот уж точно не моё дело, что она беременна.

— А разве не она тебе… терапию делала, когда ты в последний раз валялся в моей комнате в коме?

— Хреновая шутка, Рысь. Это Лика была, она мне сама сказала.

— Да ну? Всегда знал, что Анжелика Мстиславовна девушка с характером. Вот только в моей комнате тоже есть камеры наблюдения. Она свою сестру покрывала, которую застукала в тот день в недвусмысленной позе. Верхом на тебе.

— К-как-кую ещё с-сестру? — от такой новости я впал в ступор.

— Тайка — её двоюродная сестра. Не знал?

Я упал на колени и, задрав голову к небу, заорал во весь голос:

— Да за что ты так со мной!!! Оставь меня в покое!!!

* * *

— Ты меня не пугай, мальчик, — процедил сквозь зубы Погорельцев через минуту.

Да и не думал даже, много чести тебя пугать, ублюдок. Спустившись в подвал, я не произнёс не слова. Молча взял стул и, поставив его напротив пленника, сел лицом к спинке, опираясь на неё локтями. Слова Рыси прочно закрепились в моей голове, и в этот раз я решил не давать волю эмоциям. Я сидел и просто смотрел на будущий труп, прикидывая: просить Берендея вывезти тело на его ферму или обойдусь своими силами.