Книга Турецкий. Цейтнот, страница 40 – Андрей Лучиновский

Подсветив фонариком его шею, я примерился и вогнал булавку в нужную точку. Через пару мгновений, тот медленно, словно нехотя, пошевелился. Моя рука тут же вцепилась в воротник его куртки и, резко поднявшись на ноги, я рывком поставил предателя на колени. Мне пришлось немного наклониться, чтобы взглянуть в его осоловелые глаза:

— Ты кто такой, падла?! Отвечай!

Резкий рывок за ворот качнул бессильно повисшую голову Норкеля.

— Слушай меня внимательно, сука. Мне с тобой возиться некогда, если будешь молчать, то просто выпущу кишки и оставлю подыхать в темноте, – я помахал перед его лицом анатомическим ножом, – Понял меня, урод? Отвечай!

И быстрым, скользящим снизу вверх, движением отсёк ему левое ухо. Норкель коротко вскрикнул, схватившись за брызжущую кровью рану рукой, а получив глубокий разрез на запястье этой самой руки, попытался заорать в полный голос. За что и получил коленом в лицо.

— Ненавижу вас, ублюдки… – прошамкал он разбитыми губами, – Вы все скоро сдохнете, как свиньи.

— Так-то лучше, – произнёс я, заметив, как из глаз пленника исчезает мутная пелена, – И за что же ты нас ненавидишь?

— Вы убили моего брата, – Норкель закашлялся, выплёвывая кровь из разбитого рта.

— Первый раз слышу. А кто твой брат?

В итоге выяснилось, что пару лет назад люди Берендея, исследуя подземную сеть в одном из районов столицы, нарвались там на одинокого диггера, и чтобы не оставлять свидетеля, безжалостно его зарезали. Причём, оставив на трупе записку, чтобы в те места никто больше не совался, оставив в конце приписочку, что это теперь территория Папы.

Это какие же отморозки на Берендея работают? Врагов делают на ровном месте. И ладно бы только себе, но тем давним убийством они создали в данный момент огромные проблемы лично мне.

Хлопок!

Прыжок на пять минут назад

Взглянув на валяющегося без сознания Норкеля, я молча сплюнул и, достав из его карманов дымовую шашку и пистолет, припустил по тоннелю в сторону выхода. По словам диггера выходит, что нас там ждут вовсе не исошники, а полиция, в которую он и настучал, что поведёт людей Берендея. Как Рысь мог так ошибиться? Об этом я его и спросил, как только добрался до распахнутой настежь металлической двери, ведущей наружу. Кроме моего небольшого отрядика там уже была и тройка бойцов Берендея.

— Норкель стуканул в полицию, что поведёт группу контрабандистов, – проинформировал я не только его, но и всех присутствующих, – Ты уверен, что это люди Сутормина?

— Так они все поголовно одеты в чёрный камуфляж, в который полиция отродясь не наряжалась, – невозмутимо ответил мне Лёня.

— Понятно. Где флайеры стоят? – обратился я к одному из людей Берендея.

Показав рукой направление, тот добавил:

— Пятьдесят метров прямо через рощу, там будет поляна. Машины уже настроены на ваши браслеты.

— Спасибо, ребята. Всё, теперь валите отсюда как можно дальше.

— Там и наш флайер стоит, на котором мы должны уехать, – подал голос Клещ.

— А у вас будет шанс на нём уехать? Ты сам-то как думаешь? Вы сейчас в ту сторону даже не суйтесь, так что давайте шевелите булками, у нас времени нет. Клещ, сообщишь Папе обо всём, что тут произошло.

Коротко кивнув, тот молча повернулся и, махнув рукой остальным, вялой трусцой двинулся в противоположную от нашего маршрута сторону. Глядя на их спины, я негромко, так, чтобы слышали только стоящие рядом мной, произнёс: