Книга Турецкий. Цейтнот, страница 33 – Андрей Лучиновский

— Всё будет хорошо, Светлана Викторовна, не беспокойтесь, – постарался я успокоить нашу экономку, – Лика и Белка ей быстро мозги вправят.

Да, теперь Светлана Викторовна официально числилась главой домашнего хозяйства в особняке. Быстро перекусив и сообщив ей сколько будет людей на обеде, я покинул царство кастрюль и поварёшек.

Дар Стариковых дал матери возможность быстро восстановиться. Не в полной мере, конечно, но без него она бы ещё долго приходила в себя, даже с помощью таких докторов, как Борисыч и Фаренго. Когда я зашёл к ней после краткой лекции в библиотеке и быстрого завтрака на кухне, мама посетовала, что у её кольца долгий откат. Быстро прикинув все за и против, говорить ей, что у меня есть ещё пара родовых колец Стариковых я не стал. Возникли бы вопросы, где я их взял, а говорить об убийстве старого князя нашими гвардейцами очень не хотелось. Во всяком случае, не сегодня.

Синельников со своим заместителем и Даманская приехали ровно в два часа пополудни.

— Всё прошло хорошо? – поинтересовался у меня Пётр Ильич, когда мы на пару минут остались вдвоём.

Даманская соблюла минимум приличий и, перекинувшись со мной и Ликой парой ничего не значащих фраз, резко стартовала из гаража прямо на кухню, к Светлане Викторовне. Лика, конечно же, рванула следом – негоже баронессам гулять по нашему дому в одиночестве. Майор Хрулёв, замначальника ЧВК, едва поздоровавшись, понимающе отошёл в сторону, оставив нас с Синельниковым наедине. Хрулёва я знал плохо, он не состоял в гвардии Турчаниновых, а появился уже после печальных событий. За него просил сам полковник, и учитывая его опыт в таких вопросах, я дал добро.

— Нормально, я ожидал худшего, – ответил я тихо Синельникову, – Но полностью мать оправится не скоро, во всяком случае на сегодняшнем обеде она присутствовать не будет.

— А я могу её навестить?

— Естественно, Пётр Ильич, после обеда она вас непременно примет. Но только вас и вашего зама, с баронессой Даманской она пообщается позже.

Обед получился на славу, Светлана Викторовна превзошла саму себя – купеческий салат, рассольник с грибами, камбала на гриле, пушистый рис с креветками и телячьи щёчки с картофелем. Когда дело дошло до десерта, – кофе, фруктовый торт и мороженое, – повернувшийся ко мне Рысь, негромко спросил:

— Когда нам ещё придётся так роскошно обедать, а, Кира? А если и придётся, то всем ли?

— Не навевай тоску, Лёня, – так же тихо ответил ему я.

После "праздника живота", женщины, как всегда, остались посплетничать в гостиной, а мужчины начали перебираться в библиотеку. Придержав в коридоре Синельникова и Хрулёва, я дождался, когда остальные пройдут мимо нас, подозвал к себе дежурившего по этажу гвардейца и сказал ему, чтобы проводил полковника и майора в покои моей матери. После чего направился к остальному мужскому обществу, где остались только посвящённые в сегодняшнее вечернее мероприятие – нам предстояло обговорить окончательные детали нашего отбытия.

Предыдущие дни выдались довольно суетными, и до сегодняшнего дня никто подготовкой к отъезду особо не заморачивался; решение о срочном бегстве в Гишпань было принято мной только вчера. Посовещавшись с Фаренго, Рысью, Вжиком и виконтом Дыниным, мы решили ничего с собой не брать, всё нужное можно было купить по дороге. Деньги у меня остались – мы рассчитывали ценник по максимуму, но в итоге, мои новые документы и логистика обошлись дешевле. Да и Рысь недавно ночью навестил один из банков, а это ещё пятьдесят тысяч в запасе. В общем, уже через час, проводив чету Синельниковых-Даманских и Хрулёва, все разбрелись по своим комнатам, готовиться к побегу.