Книга Турецкий. Цейтнот, страница 23 – Андрей Лучиновский

Рысь задумчиво закусил зубами нижнюю губу.

— А я вас предупреждал, – раздался голос Синельникова, – Надо было его вывести из наркоза и всё ему рассказать.

— Что рассказать, Пётр Ильич? – ласково и снисходительно, по-берендеевски, спросил я.

— Что вы, Кирилл Андреевич, нужны всем в своём первозданном виде, – тихо ответил полковник.

Я поперхнулся.

— Ни черта не понимаю. Поясните?

— Не вдупляешь, Кира? – Рысь поднялся и подошёл ко мне, – Чтобы мать тебя узнала – раз. Гримёр нас предупредил, что третья операция может быть фатальной, есть риск получить пожизненное уродство – это два. Кузьма узнал, что за тобой установлена слежка "тенями" Императора, – он парочку знакомых встретил возле особняка, – так что теперь всем пофигу, какая у тебя внешность, она уже никакой роли не играет. Пока находишься в столице – ты и так, и так на крючке. Ну получил бы ты новую морду лица, а толку? Это "тени", Кирилл, а не люди Сутормина, эти гончие тебя уже не упустят. Лучше уж сейчас без всякого риска вернуть свой родной облик, в Гишпани тебя всё равно никто не знает.

— А раньше мне об этом сказать вам религия не позволила?!

— Тут вот какое дело, Кирилл, – Берендей уже вышел из ступора и снова держал в руке бокал с коньяком, – Рысь о "тенях" узнал, когда Гримёр только-только приступил к операции. Её вовремя прервали, и поверь, мы очень долго совещались, прежде чем принять такое решение.

Сука… Опять Император. Что-то слишком много его в моей жизни стало.

— А остался ли вообще смысл в Гишпань ехать? – я рухнул обратно в кресло, из которого Лика предусмотрительно пересела на подлокотник.

— Естественно, – невозмутимо ответил Рысь, – Ты на время скроешься от назойливого внимания Императора, от возможного преследования Сутормина, мы спокойно подготовим план по Шлиссельбургу, Маргарита Ильинична поправит здоровье, Альха сменит фамилию…

— Чего?! Альха замуж выходит?! За кого?

Ночь сюрпризов не закончилась?

— Нет, Кира, она решила выйти из рода Фарносовых и хочет взять фамилию Светланы Викторовны, бабушки её будущего ребёнка, – Рысь расплылся в широкой улыбке.

Ну да, Женька же Новиков… Был. Чёрт, очень смелый шаг, но делая его, Альха теряет всё – сейчас она графиня, а станет… максимум слугой рода Турчаниновых. Надо бы с ней поговорить по душам, девочка, по-моему, до сих пор не в себе. Или лучше Лику к ней отправить? Хотя с ней Дана плотно дружит, ведь почти родственницы, вот вдвоём с ней и постараемся Альху вразумить.

— Значит так, господа хорошие, сроки меняются, – сказал я громко, – Завтра утром Борисыч планово выводит маму из комы, а вот наш отъезд в Гишпань переносится на завтрашний вечер. Нечего тут неделю отсвечивать, валить отсюда надо и чем скорее, тем лучше. Со мной, кроме Фаренго едут Лика, Рысь, Вжик и Дана. Хотел взять и Альху, но раз такое дело, то пусть остаётся, – я вопросительно взглянул на Синельникова, – Возьму с собой виконта Дынина и поручика Белову.

Тяжело вздохнув, полковник молча кивнул.

— Остальное по прежнему плану, уходим через подземелье вашего дома, Мстислав Игоревич. На вас разведка подземки и негласное сопровождение до границы с Неметчиной. Рысь, скажи Вжику, чтобы документы были готовы завтра к обеду.

— Ну, вот и дождались, из Киры вырос стратег… – важно изрёк Рысь, – … местного разлива.