Книга Турецкий. Цейтнот, страница 12 – Андрей Лучиновский

Байкеры весело балагурили, удивляя меня своими немалыми познаниями светской жизни. Когда застольная часть закончилась, и мужская часть решила переместиться из гостиной в библиотеку, оставив дам для поедания десерта и ведения чисто женских бесед, то по дороге меня отловил Ждан и, отведя в сторону, спросил:

— Турок, ты с нами?

Я вздрогнул от неожиданности и, заведя руку за спину, приготовился к удару разрядом.

— Турок? – переспросил я, сощурив глаза.

— Прости, Женька, тебе уже дали кличку, – коротко хохотнул Ждан, – Теперь ты среди байкеров известен как Турок.

С облегчением выдохнув, я расслабился. Ну да, на сегодняшний вечер миру снова явился Евгений Турецкий, конспирацию пока ещё никто не отменял.

— Куда это с вами? – поинтересовался я, вспомнив про сам вопрос.

— Ну ты ведь подарил Лике новую игрушку, надо бы её обкатать.

Вот задницей чувствовал, что Лика не просто так пригласила своих друзей. Эх, хитра, моя лисичка. В принципе я подспудно ожидал чего-нибудь такого, потому что подарок уж слишком специфичный. Кто же, получив во владение такую штуковину, оставит её в покое? Да никто. Но я-то думал, что мы с ней покатаемся вдвоём, а не в компании матёрых байкеров. Ладно, откаты на кольцах у меня закончились, так что можно и побеситься.

Я кивнул и, хлопнув Ждана по плечу, потащил его в библиотеку, где уже собралось всё остальное мужское общество. Но пройдя буквально несколько метров, мы наткнулись на стоящую посреди коридора Дану. Скорчив недовольную гримаску, она подняла вверх правую руку с растопыренными пальцами.

— Дана, я помню. Давай решим этот вопрос после отъезда гостей, – я широко улыбнулся.

— Я всё слышала, ты собираешься уехать вместе с ними, – поджав губы, буркнула Дана.

— Вот поэтому-то мне и понадобится обещанный тебе предмет.

— Я пойду к остальным гостям, Женька, вижу тебе надо поговорить с сестрой наедине, – Ждан еле слышно хмыкнул и ушёл вперёд.

Проводив его взглядом и убедившись, что тот зашёл в библиотеку, я прижал сестру к себе и тихо произнёс:

— Дана, я хреновый ездок на байке и могу погибнуть. Потерпишь до нашего приезда?

— Тогда с тебя причитается… Я потом придумаю.

Ну нифигасе, какой меркантильный ребёнок растёт в моём роду.

* * *

Синельников и Даманская уехали около десяти вечера. Причём Ольга Владимировна очень тепло попрощавшись с Ликой, гораздо дольше прощалась со Светланой Викторовной. Мы с Синельниковым ждали окончания церемонии проводов, стоя возле их флайера и, глядя на внезапно приунывшего полковника, я поинтересовался:

— А чего грустим, Пётр Ильич?

— Кирилл Андреевич, вы хоть представляете, что меня ожидает в ближайшее время?

— Нет, Пётр Ильич.

— Каждодневные "праздники живота". Что-то я уже устал от гастрономических экспериментов Оленьки. Так хочется простой пюрешечки с котлеткой или пельмешков, ан нет. Чую, что с завтрашнего дня на мне будут проверяться все новые рецепты, которые Оля тут узнала.

— Ну так уж и все, – улыбнулся я.

— В том то и дело, что все, Кирилл Андреевич. И это меня не радует, – с грустью в голосе ответил Синельников и начал поднимать дверцу флайера, заметив, что к нам приближается его жена.

Проводив Синельниковых-Даманских, – кстати, надо бы узнать, что у них за беспредел с фамилиями, – мы с Ликой быстро переоделись и… покатушки, мать их.