Книга Я лорд крепости. Том 2, страница 117 – Андрей Ткачев, Максим Клинков

Не успеет. Даже если сейчас встанет, песок накроет его прежде, чем он наберёт скорость.

В голове тут же сложился расчёт. Несколько шагов обратно, поднять, выдернуть из-под волны. На всё это уйдут те самые мгновения, за которые я ещё мог увеличить расстояние. Вернусь — и, скорее всего, накроет уже нас обоих.

И тогда весь смысл моего перерождения уйдёт коту под хвост. Все мои планы, второй шанс на жизнь — всё это будет погребено под песком, вот только ноги уже несли меня обратно. Потому что там лежал Вильям, мой единственный друг, и оставить его я просто не мог.

Он ведь тоже мог не идти за мной в Дикий край. Остаться дома, жить своей жизнью и не связываться ни с разрушенной крепостью, ни с местными тварями, ни со всеми проблемами, которые мы с завидным постоянством находили. Тем более я и сам не настаивал на службе мне, давая ему шанс самому принять решение.

Вместо этого он пошёл со мной, хотя я не просил возвращать долг. А теперь я должен отвернуться и бросить его, потому что так будет разумнее?

Да пошла на хрен такая разумность.

Я заткнул внутренний голос и инстинкт самосохранения, которые продолжали требовать, чтобы я бежал дальше. Все его доводы были понятны, вот только одного он не учитывал. Даже если я спасусь, оставив Вильяма здесь, для меня на этом всё равно всё закончится.

Ричард Айронвуд навсегда останется под этим песком рядом со своим другом. А до крепости доберётся кто-то другой — человек, который сумел объяснить себе, почему можно бросить того, кто доверял ему собственную жизнь.

И вот этим человеком я становиться не собирался. Ни сейчас, ни когда-либо ещё.

Мысли пронеслись разом, втиснувшись в то мгновение, пока Вильям только начинал подниматься. Я уже подскочил к нему, вцепился в ворот и одним рывком поставил на ноги, оттаскивая от надвигавшегося вала.

Остатки ствола за его спиной провалились в песок. Волна вздыбилась над нами, закрывая просвет между кронами, и сверху начал заворачиваться её гребень.

В лицо дохнуло жаром. Я всё ещё сжимал ворот Вильяма, а песчаная стена уже обрушивалась на нас, и до неё оставалось меньше вытянутой руки.

Песчаная волна ударилась о невидимую преграду прямо перед моим лицом. Гребень расплескался по ней, взметнувшись выше наших голов, после чего песок тяжёлыми струями потёк вниз и остановился у самых ног.

Следом в преграду врезался второй вал. Песок вздыбился, на мгновение заслонив всё вокруг, но снова осел, даже не добравшись до моих сапог. Я отпустил ворот Вильяма и отступил, продолжая следить за бушевавшей стихией.

Волны накатывали ещё несколько раз, с каждым новым ударом становясь ниже. Грохот постепенно сменился шорохом, по склонам образовавшихся барханов скользили последние струйки песка, и наконец перед нами открылась картина произошедшего.

Я медленно окинул взглядом то, что осталось от леса. Точнее, место, где он ещё недавно был, потому что от самих деревьев не сохранилось ничего.

Песок расстилался на многие километры, уходя далеко за горизонт. Ни единого ствола, ни торчащей ветки, ни полоски зелени. Только пологие барханы, над которыми дрожал раскалённый воздух.

— Спасибо, — ошарашенно пробормотал Вильям, переводя взгляд с пустыни на меня.

Он всё ещё смотрел так, будто не до конца верил, что мы стоим здесь и можем разговаривать. Я его прекрасно понимал. Нас отделяло от этой дряни меньше вытянутой руки, и, если бы не возникшая на её пути преграда, сейчас бы мы загорали на солнышке в виде двух кучек песка рядом друг с другом.