Книга Токийский Суслик, страница 33 – Фил Шрайбер

— О, моя выходная форма! – возопил Хорёк.

— Это всё Хомяк, – поддакнул ему Сюя.

— Будете знать, как поганить бельё! – вопила сверху тётка.

— А ну ка…

Кадзуо снова подпрыгнул, схватился за балку и полез на балкон. Хорёк секунду наблюдал, а потом полез следом. И вот уже все курсанты штурмуют второй этаж.

— Полиция, полиция!!! – завопила мстительная горожанка и, всплеснув руками, рванула по балкону к себе. Так подобралась – только ведро в воздухе мелькает.

— Ату её! – крикнул вслед Суслик.

— Эгей! У-у-у! – подхватили остальные.

— А то ишь чего, спасителей императора очистками осыпать!

Все рассмеялись и, напряжение последних минут исчезло.

— А что, не взять ли нам штурмом это укрепление? – спросил Кадзуо, затягивая через парапет Хомячка. – А то некоторым не помешает тренировка.

— Тренировка никогда не помешает, – согласился Хорёк, – давай кто последний, тот чистит всем форму!

— Идёт!

— Не-е-ет! – возопили одновременно Хомяк и Кёити, который из-за лишнего веса тоже в скалолазании не блистал.

Они тут же переглянулись, и каждый оценил свои шансы обогнать соперника, ведь прийти первым вовсе не обязательно.

— На счёт три, – скомандовал Суслик, – раз, два… три!

И восхождение началось. Хомяк и толстяк сразу же отстали, но между собой соревновались отчаянно – через парапет третьего этажа они перевалились одновременно.

Хомячку нужна была победа, и потому он подождал пока Кёити ухватится за балку следующего этажа, подскочил к сопернику и дёрнул его штанины вниз. Пуговица не выдержала и оторвалась, брюки сползли с бёдер, обнажив просторные и не слишком свежие трусы.

— Скотина! Так нечестно! – возопил толстяк, с трудом удерживаясь.

— Мы штурмуем укрепление, это война! А на войне все средства хороши!

— Ах, война, ладно, – Кёити потряс ногами, сбросил штаны вниз и, ничуть не стесняясь, полез дальше.

Это было смелое с точки зрения общественного поведения решение, ведь вокруг собрались люди – крики грозной прачки услышали многие. Зрители сначала с порицанием глядели на восхождение курсантов, потом стали болеть и подбадривать участников, а после выходки Хомячка начали хохотать. Трусы же Кёити перевели смех в безудержный ржач.

Смелый поступок проложил дорогу к победе – Хомячок не смог наверстать потерю времени и пришёл последним.

— Проклятье, – выдохнул он, вползая на крышу – паруса толстяка с сомнительными пятнами полоскались на ветру уже секунд десять.

Всю дорогу домой он придумывал оскорбительное прозвище для Кёити, которое намеревался запустить в массы уже на следующее утро. Сам же Кёити заявил, что ему достаточно прозвища – Победитель хомячков.

Курсанты без приключений добрались до академии и разошлись по своим комнатам.

Денёк выдался суматошным и, приняв душ, Суслик обессиленно плюхнулся на кровать и уже приготовился блаженно сомкнуть веки, как почувствовал неприятный запах – резкий и тошнотворный.

Он встал, отодвинул подушку и обнаружил под ней три маленьких продолговатых и ужасно вонючих послания от оскорблённой кошки. Месть была внезапна, точна и плохо пахла.

— Маюми!!!

Первое, что увидела Айко, открыв глаза, было кровавое пятно на подушке. Испуганно подскочила, ощупывая лицо. «Кровь из носа? Обо что-то поранилась?»
И тут увидела растерзанную мышь. Вопль девушки по громкости не уступил сигналу подъема. В комнату тут же ворвались фрейлина Такара и дежурная курсантка.
Принцесса, скорчившись на полу у кровати, сотрясалась в рвотных позывах. Подружка помогла ей подняться и потащила в ванную, ноги императорской дочери подгибались. Слишком живописно был разделан бедный грызун.
О происшествии тут же доложили администрации академии. Начальник созвал экстренное совещание.