Книга На границе империй. Том 10. Часть 16, страница 86 – INDIGO

— Ничего не вижу! — раздался в общем канале чей-то голос, резкий, почти сорвавшийся.

— Отставить панику, стреляй на движение и вспышки! — тут же одёрнул его кто-то другой, судя по интонации — более опытный боец, привыкший держать себя в руках даже в дыму.

— Понял, понял, — выдохнул первый, и голос его, хоть и всё ещё напряжённый, стал ровнее — как будто одной короткой команды хватило, чтобы вернуть его к делу.

Этих секунд хватило пиратам, чтобы перегруппироваться.

Я слышал, как Касо что-то выкрикнул своим — коротко, без лишних слов, тем особым тоном, которым опытные сержанты умеют одной фразой поднять взвод с места. Пятый и шестой взводы перестали отступать. И в этот момент к ним подошли третий и четвёртый взводы, которые до этого находились рядом с Баренсом.

— Третий на подходе, занимаем правый фланг! — коротко доложил один из бойцов, почти на бегу, судя по обрывистости фраз и сбивчивому дыханию.

— Четвёртый следом, — эхом отозвался второй голос.

Их появление изменило расклад на поле боя мгновенно.

Пираты быстро поняли, что количество обороняющихся резко увеличилось вдвое. Мало того — они усилены абордажными дроидами. То, что несколько минут назад казалось им преследованием отступающего противника, обернулось чем-то принципиально иным. Моя ловушка закрывалась. Это всегда особый момент в бою — тот, когда атакующий начинает понимать, что атакует уже не он. Одни в этот момент паникуют. Другие дерутся ещё злее.

Эти пираты дрались злее.

Я вновь успел подумать и уже не в первый раз, кем вообще эти существа под завалом. Слишком слаженно двигались для обычной абордажной пиратской швали, слишком грамотно держали позиции для непонятного сборища разного сброда, как правило, наспех сколоченного вокруг угнанного транспорта.

Такая выучка обычно означала одно из двух: либо это бывшие военные, либо давно промышляющий пиратский отряд, для которого пиратские налёты, это не авантюра отчаявшихся, а уже ремесло, отточенное годами и десятками выигранных боёв и абордажей. Ни то ни другое не делало мою задачу проще. Впрочем, сейчас это было неважно, важно было то, что они делали в следующую минуту, а не то, кем они были до неё.

Их командир, кем бы он ни был, реагировал на все вызовы точно и без промедления. Видя, что к обороняющимся подошло подкрепление, он начал оттягивать своих назад, методично занимая позиции у завала, за большими и малыми обломками. Это было разумно, и я поймал себя на мимолётном уважении к тому, кто отдавал эти приказы с той стороны. Мой противник явно не был случайным сбродом. Завал давал укрытие, давал высоту, давал возможность простреливать открытое пространство перед собой. Между абордажниками и пиратами пролегала узкая полоса пустоты, открытое пространство и отлично простреливаемое пространство, где каждый шаг вперёд стоил дорого. Пожалуй, за исключением дроидов, лишённых инстинкта самосохранения.

— Адмирал, — голос Баренса прорвался сквозь бой, и в нём я отчётливо слышал едва различимое напряжение, — их дроиды мощнее наших. И их четыре единицы.

— Вижу. Меняй чаще позиции. Всем взводам, сосредоточить огонь на дроидах противника. Если ещё остались гранаты — используй. Дроиды у противника слишком медленны и неповоротливы, попробуй это использовать.