Книга На границе империй. Том 10. Часть 15, страница 55 – INDIGO

— АЛЕКС! — заорала она так, что я невольно отшатнулся к переборке. — Что, чёрт возьми, ты творишь⁈

Она ткнула сканером мне в лицо. На его экране мигало столько красных индикаторов, что я подумал — прибор сломан.

— Твоё давление в красной зоне! Пульс под двести! Ты только что вышел из капсулы, идиот!

— Лана, я…

— Заткнись! — она схватила меня за руку с профессиональной точностью человека, который делал это тысячу раз, и вогнала инъектор в шею, прежде чем я успел дёрнуться. Холодок растёкся по шее мгновенно. — Я же говорила тебе: избегай стресса! Полный покой, никаких нагрузок! А ты что делаешь⁈

Мир начал медленно, почти красиво, плыть перед глазами.

— Что… ты… ввела?.. — пробормотал я, чувствуя, как колени начинают предательски подгибаться. Переборка, к которой я привалился спиной, отдавала прохладной.

— Седативное, — голос Ланы стал далёким, будто через воду. — Сильное. — Пауза. — Ты едешь в медсекцию. Прямо сейчас. Это приказ!

Последнее, что я увидел перед тем, как сознание поплыло окончательно, — лицо маркизы фон Элтайд. Она смотрела на меня поверх края чашки с выражением разумного, который только что выиграл партию, не сделав ни единого хода.

Чёрт. Она выиграла этот раунд!

Приходил в себя я медленно.

Сначала появились звуки. Потом — мерный, ритмичный писк медицинского монитора, отсчитывающего удары сердца. Сердце работало. Значит, уже хорошо.

Потом появились запахи. Медсекция. Где угодно во вселенной, с закрытыми глазами, я бы распознал этот запах медсекции. Ни один другой отсек на корабле, так не пахнет.

Крышка капсулы явно была уже открыта.

Сам я просто лежал и не двигался. Вставать совсем не хотелось. Возвращение в реальность после лечебной капсулы штука неторопливая: мозг всегда выходит из анестезии раньше, чем тело успевает последовать за ним. Я знал, что нужно просто подождать. Но лёжа в темноте собственных закрытых век, я вдруг понял, что думаю о другом.

Последнее, что я помнил — это моя адмиральская каюта. И она в моём кресле и тем выражением лица, которое давно решило, что мир обязан функционировать по её правилам.

Тёща!

И я сразу открыл глаза.

Прямо надо мной склонилась молодая медик. Как только я открыл глаза, она подпрыгнула или отпрыгнула сложно было сказать точнее. Мимо! Подумалось мне. А где же объект который мне нужен?

Эта особа была совсем молодая — лет двадцати, не больше. Тёмно-карие глаза изучали меня с искренним, почти детским любопытством, будто я был каким-то особенно интересным экспонатом на выставке редких диковин из числа тех, о которых написано в каталоге, но которые совершенно никто не ожидал здесь увидеть. Короткие светлые волосы выбивались из-под стандартной медицинской шапочки. На щеке виднелась маленькая ямочка.

Сейчас девушка старательно изображала профессиональную серьёзность, но ямочка всё равно проступала, когда она поджимала губы в сосредоточении.

Одета она была в белый комбинезон медслужбы, с эмблемой флота на правом плече и без единого пятнышка.

— Мне кажется, он пришёл в себя, — немного испуганно сообщила она кому-то в сторону, будто хотела доложить о находке, не потревожив её.

Голос у неё был тихим, слегка взволнованным, с едва слышной интонацией разумного, которая только недавно перестала бояться докладывать старшим. В руке она держала медицинский сканер, и я заметил, как её пальцы нервно сжали прибор, когда наши взгляды встретились. Сжали и тут же разжали.