Книга На границе империй. Том 10. Часть 14, страница 81 – INDIGO

Её пальцы быстро, уверенно бегали по моему телу — шея, запястье, грудь, бока — проверяя пульс, дыхание, состояние ран. Профессиональные, точные движения медика, который знает каждый миллиметр человеческого тела.

— Аптечка практически пустая, — продолжала она уже спокойнее, переходя в рабочий режим, но голос всё равно дрожал от едва сдерживаемого гнева и страха. — Да сколько же ты вколол в себя этих коктейлей?

Она вскрыла мою поясную аптечку. Семь инъекторов и все пустые.

— Внутреннее кровотечение, множественные переломы рёбер, — перечисляла она, водя сканером над моим телом.

Дисплей сканера светился тревожными красными индикаторами. С помощью камеры я краем глаза видел схему моего тела, где больше половины зон были окрашены в критический красный цвет.

— Разрыв селезёнки под вопросом. Импланты в критическом состоянии, нейросеть едва работает. Как ты вообще ещё жив после всего этого, идиот⁈

Последнее слово она выпалила с такой яростью, что Мила даже вздрогнула. Это была ярость бессилия, когда ты медик, когда ты должен спасать, но понимаешь, что у тебя нет возможности.

— Ты не вздумай умереть у меня сейчас, — сказала Мила, её голос был хриплым, совсем не свойственный ей.

Она продолжала методично бить меня по щекам — не сильно, но настойчиво, возвращая к сознанию. Её ладони были тёплыми, чуть влажными. Я чувствовал, как каждый шлепок отзывается тупой болью где-то глубоко в голове.

— Не вздумай, — повторила она тише, почти шёпотом, склоняясь ко мне так близко, что я увидел её ресницы. — Не смей!

Лана её тут же поддержала:

— Надо его срочно поместить в медицинского дроида, — сказала она быстро, её руки продолжали работать не останавливаясь.

Она вводила что-то из своей аптечки в мои вены — холодная жидкость растекалась по руке, вызывая мурашки. Всё, что могло поддержать меня на плаву ещё несколько минут.

— Но через разрушенный шлюз дроид не проедет на корабль, — продолжала она, оглядываясь на зияющую дыру в носовой части корабля, — а передвигать его сейчас нельзя. Может умереть снова.

Она сделала паузу, быстро оценивая варианты, её медицинский разум просчитывал вероятности.

— Мила, сними свою аптечку, мне нужно зарядить его аптечку, она уже пустая.

Мила мгновенно сняла с пояса свою аптечку и протянула её Лане. Та быстрыми, точными движениями начала переключать картриджи, вынимая пустые из моей аптечки и вставляя полные из аптечки Милы.

Щелчок. Щелчок. Щелчок. Семь картриджей за несколько секунд.

— Лера, активируй питание кормового шлюза и задних ворот, — распорядилась Лана, не отрываясь от работы. — Дроид тогда там сможет проехать.

Её голос звучал властно, чётко. Она была опытным медиком, который привык, что его приказам подчиняются мгновенно и без вопросов.

Я послал Лере сообщение через нейросеть, показав на виртуальной схеме корабля нужные тумблеры.

Вот эти тумблеры. Синий и зелёный одновременно.

Отправил ей сообщение. Сигнал был слабый, прерывистый. Нейросеть работала, но если судить, по словам Ланы, готова отключиться в любую секунду. Но моё сообщение дошло.

— Сейчас всё сделаю, Алекс, — мгновенно отозвалась Лера, её голос дрожал от страха и решимости одновременно. — Ты только не умирай.

Она побежала к рубке, её шаги гулко отдавались по металлическому полу. Я слышал, как она на бегу сбивает какую-то коробку, как ругается вполголоса, как задыхается от рыданий, которые не может сдержать.