Книга На границе империй. Том 10. Часть 14, страница 20 – INDIGO

— Шутки? — удивлённо вскинула брови Лана. — Ты над ним шутишь?

— Ну а чего такого? — и рассказал им о своей маленькой проделке.

Они обе рассмеялись после моего рассказа.

— Знаешь, Алекс, только ты можешь над ним так шутить. Больше на станции никто не посмеет себе такого позволить, — Лана, улыбаясь, покачала головой. — Ладно, шутки закончены — спать!

— Подожди секунду, — остановил её жестом. — Мила, если Оди ещё служит на станции, найди его. Он понадобится мне завтра.

— Да куда он денется, как служил, так и служит, — махнула рукой Мила. — Привет тебе передавал, когда ты в реанимации находился. Даже приходил к тебе, но к тебе никого не пускают. Там на входе парочка киборгов стоит в качестве охраны.

— Ещё парочка? — удивлённо спросил у неё.

— Что значит ещё? — не поняла мой вопрос Мила.

— Да я думал, что их нет на станции больше, — и одновременно вспомнил, что в ангаре у корабля, дежурило четверо киборгов, а с появившимся на станции начальником контрразведки могло прилететь ещё энное количество этих железок.

— В общем, передай Оди, что он мне нужен, — решил поменять тему, понимая, что здесь наверняка установлены подслушивающие микрофоны, а, возможно, и скрытые камеры.

— Передам.

— А теперь спать, — решительно произнесла Лана, и крышка регенератора закрылась.

Утром, как только Лана выпустила меня из регенератора, в помещение вошла Мила, а с ней мой старый приятель и одновременно мой адвокат Оди.

Оди замер на пороге, глядя на меня широко открытыми глазами. Он почти не изменился, немного постарев за время, что мы не виделись, появились седые волосы на висках, морщинки у глаз. Но взгляд остался прежним.

— Алекс? — недоверчиво выдохнул он. — Это правда ты? Я думал, ты погиб. Все думали, что ты погиб!

Медленно поднялся из регенератора, чувствуя, что тело всё ещё побаливает, и улыбнулся.

— Привет, Оди. Как видишь, слухи о моей смерти сильно преувеличены.

Приятель рывком метнулся ко мне и обнял так, что я непроизвольно поморщился, рёбра ещё не до конца зажили.

— Ты живой! Чёрт возьми, ты живой! — он отстранился, держа меня за плечи и всматриваясь в лицо, словно проверяя, не мираж ли передо ним. — Когда пришло сообщение о гибели твоего корабля, я… мы все… Алекс, я на твоих похоронах был! Речь там говорил!

— Надеюсь, хорошую речь?

— Отличную! — он рассмеялся, и я увидел, что у него на глазах стоят слёзы. — Рассказывал, какой ты был упрямый, никогда не слушал меня, но тебе всё сходило с рук. Половина присутствующих плакала, вторая половина смеялась. Это были отличные похороны, между прочим!

— Жаль, что я их пропустил, — я тоже улыбнулся. — Не каждый день услышишь хорошее о себе.

Оди снова обнял меня, на этот раз осторожнее.

— Ты не представляешь, как я рад тебя видеть, — пробормотал он. — Скажу честно, когда сказали, что ты вернулся и здесь, на станции, я не поверил. Даже когда Мила сообщила, что это ты и что ты здесь, что живой, я сначала решил, что она шутит. Потом подумал, что это какая-то ошибка. А потом просто бежал сюда, всё равно не поверив до конца. Меня, правда, к тебе не пустили, но я был уверен, что как только придёшь в себя, сразу же свяжешься со мной.

— А вот теперь веришь?

— Верю, — он отступил на шаг. — Хотя всё равно это кажется нереальным. Ты же понимаешь, каково это — вдруг узнать, что твой друг, которого ты потерял, жив?