Книга На границе империй. Том 10. Часть 9, страница 12 – INDIGO

Тагир ненадолго потерял из виду и немного отстал, но вскоре снова услышал тяжёлые шаги позади. Обернувшись, увидел его — он бежал с механической точностью, уверенно, сокращая расстояние между нами. Его металлическое лицо исказилось в гримасе ярости, когда наши взгляды встретились.

Искусственные мышцы не знали усталости. Он мог бежать часами, не снижая скорости. А уже чувствовал, как силы покидают с каждым шагом.

— Рик! — раздался его голос позади, неожиданно человеческий в своей ненависти. — Ты не сможешь бежать вечно!

Сердце бешено колотилось, лёгкие горели от нехватки воздуха, но не останавливался. Только бы успеть добежать до воды. На этом строился расчёт. Плавал всегда хорошо — в детстве проводил всё лето на берегу моря.

А эта железка должна сразу камнем пойти на дно. Металлический скелет, тяжёлые импланты — всё это сделает его плавучесть отрицательной. По крайней мере, на это надеялся.

То, что в гавани могли быть клизы, уже не принимались в расчёт. Утром они обычно были не активны — эти морские хищники предпочитали охотиться в тёмное время суток. Да и выбора особого не оставалось. Лучше попытать счастья с морскими тварями, чем с кибернетическим монстром, который гнался по пятам.

Свернул в очередной проулок, ведущий прямо к портовым складам. Запах моря становился всё сильнее — соль, водоросли, рыба. Звуки порта: скрип канатов, плеск волн.

Пробежав между плотно сложёнными ящиками и бочками, наконец увидел её — серую гладь моря, освещённую утренним солнцем. Таргородская гавань раскинулась передо мной во всей красе.

Но красота пейзажа сейчас не интересовала. Главное — вода. Спасительная вода.

— От меня ты всё равно не уйдёшь! — раздался голос Тагира, полный металлической ярости.

Дыхание со свистом вырывалось из груди, перед глазами плясали чёрные точки, но до воды оставались считаные метры. Слышал, как Тагир ломится через склады позади, разбрасывая ящики, словно игрушки. Его металлическое лицо угрожающе поблёскивало в солнечных лучах, обнажая искусственную череповую коробку под повреждённой синтетической кожей.

Ноги подкосились от потери крови, но заставил себя сделать последний рывок. Достигнув края пирса, оттолкнулся и прыгнул в воду. В тот же миг услышал крик ярости и почувствовал страшную боль в бедре.

Что-то острое вонзилось в ногу — краем зрения увидел, как он в отчаянном прыжке прыгнул следом, и его клинок достал в полёте. Действуя совершенно рефлекторно, второй ногой ударил туда, где должен был он находиться, и попал. Куда — не понял, но боль в бедре ослабла.

Холодная морская вода обожгла раны, но стиснул зубы и поплыл, отплывая всё дальше от берега. Солёная вода проникала в порезы, вызывая нестерпимую боль, но одновременно она промывала раны.

Бронекостюм и оружие тянули на дно. Синтетические материалы набирали воду, становясь ещё тяжелее. Клинки в ножнах за спиной сдвигали центр тяжести, тоже не прибавляли плавучести.

Соль разъедала открытые порезы, однако боль уже не имела значения. Единственное, что было важно — уплыть как можно дальше от берега. Каждый гребок давался с огромным трудом, но заставлял себя грести и грести.

Вынырнул, сделал два глотка воздуха и посмотрел назад. Тагира на берегу не оказалось. Только следы разрушений на складах — разбросанные ящики, опрокинутые бочки. Но самого киборга видно не было.