Книга На границе империй #07-3, страница 35 – INDIGO

— Что это было? — спросила Мила.

— Ты об истребителях?

— Нет, про то, что произошло с челноком.

— Врубил форсажный режим. У нас двигатели форсированные.

— Предупреждай, когда врубаешь, я совсем не ожидала.

— Хорошо. Только я предупредил.

— Что за нами истребители?

— Пока нет никого.

— Мама точно получит серьёзный выговор — и оборудование потеряла, и мы удрали.

При этом Мила довольно улыбнулась.

Истребители у них нашлись, и какое-то время радар показал, что за мной послали тройку оширских орижей.

— Диспетчерская, вы это чего послали?

— Я тебя предупреждала, что вышлю.

— Ты чего послала? Ты же говорила, что истребители будут? А послала одно название от них.

— Отличные истребители, и скоро они тебя догонят.

— Они? Да они раньше разваляться! Это же оширские Орижи. Они могут догнать только при одном условии, если ты их сзади подталкивать будешь силовым лучом.

— Шутник, посмотрим, что ты скажешь, когда они тебя догонят.

— Это возможно только в одном случае: если я остановлюсь и их подожду, но я не могу это сделать, у меня тест.

— Ты подожди их, а тест потом сделаешь.

— Не могу, нужно выверить работу всех систем. Мне, кстати, работу орудия нужно проверить. Только не говори, что истребители дорогие.

— Дорогие.

— Они одноразовые, и мишени из них будут хорошие. Так что заказывай буксир, тебе их обратно буксировать придётся.

— Это тебя буксировать придётся.

— У меня вроде всё работает.

— Скоро не будет.

— Знаешь, я понял, почему ты три выслала.

— Почему?

— Чтобы хотя бы один долетел до меня.

— Скоро они догонят тебя.

— Начинай подталкивать их только тогда. Мой радар показывает, что они почти не сокращают расстояние до меня. Им меня придётся долго догонять.

«Нас не догонят»,- вспомнилась мне песня.

На большой панели в рубке счётчик отматывал время ухода в гиперпространство, и оно стремительно сокращалось. Истребители ещё преследовали челнок какое-то время, но потом отказались от преследования. Истребители неожиданно развернулись и полетели обратно. Мила с улыбкой слушала, как я болтаю с диспетчером, но не вмешивалась, и, похоже, наблюдала по камерам за происходящим. Только когда мы ушли в гиперпространство, она сказала:

— Нисколько в тебе не сомневалась. Знаешь, как только ты вернулся,

у меня жизнь стала интересной, как тогда, на станции.

— Что, до этого была скучной?

— Конечно, ужасно скучной, особенно в столице. Там сдохнуть от скуки можно.

— Там наверно полно развлекательных комплексов?

— Хватает, но всё равно там это всё не настоящее, иллюзия. Только я сюда к тебе прилетела, как сразу началось. Алекс, ты не представляешь, как я по тебе скучала.

— Знаешь, в один момент там, на планете, я неожиданно вспомнил тебя, но не мог припомнить, кто ты, и откуда я тебя знаю.

— Что, плохо жить без памяти?

— Не представляешь насколько. Ведь я мог никогда и не узнать, кто я и откуда. В один момент я смирился с этим и думал, что проживу на той планете весь остаток жизни. Знаешь, когда нас оттуда работорговцы похитили, мы с приятелем держали оборону на холме в полном окружении, вдвоём против сорока городских стражей. Тогда я попрощался с ним и думал, что живыми мы оттуда не выберемся. Однако выбрались, как видишь.

— Повезло.

Через три часа челнок вышел из гиперпространства в нужной точке. Это меня сильно озадачило, ведь он должен был лететь туда пять часов, а прошло немногим больше трёх. Проверил карту, вначале мне показалось, что приложение ошиблось, и мы оказались не в той системе. Однако приложение упиралось и говорило, что мы правильно прилетели.