Книга Третий. Том 3, страница 29 – INDIGO

— И что с ним не так?

— Говорит, что такие контракты как правило не подразумевают возвращение обратно, как и выплату кредов по контракту, поэтому и обещают большие суммы.

— У нас небольшая сумма.

— Что-то я не припомню чтобы тебе платили столько раньше.

— Это надбавка за риск.

— Это много, учитывая, что мы подростки.

— Думаешь нас убьют чтобы не платить?

— Не знаю. Если бы не аванс, я бы сказал, что это так, а так даже не знаю.

— Им придётся платить не нам, а адвокату и от нашей гибели они ничего не выиграют.

— Это при условии, что ты выполнишь работу, а они всегда могут заявить, что ты её не выполнил, и погиб в дороге. Обсуди всё это с адвокатом, так чтобы он не отвертелся в случае чего.

— Сейчас.

Он открыл планшет и стал переписываться с адвокатом. Сам снял с себя верхнюю часть бронекостюма и гидросборник после чего растянулся на небольшой дюне. Песок был нагрет местным светилом за день и теперь приятно отдавал тепло. Как хорошо, что здесь нет противника и можно снять с тебя порядком поднадоевший бронекостюм. Наёмники, находившиеся недалеко от нас, рядом с двумя багги, как и я загорали. Раненых немного раньше увезли в капсулы. Хотелось попасть в душ, но у нас с Ори не было кредов чтобы снять номер в гостинице. Впрочем, и гостиницы поблизости не наблюдалось. Да и Бари нас скорей всего не отпустит, а у него что-то не ладилось, судя по его недовольному рычанию из бронетранспортёра. Он даже отогнал всех наёмников из бронетранспортёра чтобы не подслушивали. Бронетранспортёр сейчас расположился на небольшой стоянке на самой окраине посёлка. Недалеко стояли обе багги. Мимо нас периодически проезжали комбайны искателей и другая техника.

— Тебе Трини ответила, — сказал Ори.

— Что пишет?

— Что с нас по пятьсот кредов. Неустойка за её простой.

— Губу пускай закатает.

— Спрашивает, когда вернёмся.

— Через неделю. Как только контракт закончиться. Как у них обстановка в интернате?

— Пишет, что нас вначале потеряли, но сейчас всё спокойно.

— Странно.

— Почему?

— Вспомни, когда Манир и компания пропали сколько было шуму.

— Ты сравнил. Они давно в интернате. А мы новички. Пропали и пропали. Никому мы не нужны, особенно учитывая отношение к нам руководства интерната.

— А Манир вернулся спроси у неё?

— Да, на следующий день. Пишет, что она скучает по тебе. Что ответить?

— Ответь, что тоже скучаю. Лучше она, чем эти дамочки. Она меня по крайней мере не пытается на себе женить. А твоя тебе ответила?

— Нет, молчит. Наверно занята.

— Мы пять дней были без сети. Что за пять дней не смогла ответить? Да ты сам в это не веришь!

— Обиделась наверно, что я долго не писал.

— Ори, порой мне хочется тебе хорошо двинуть чтобы ты пришёл в себя. Не нужен ты ей, она с тобой общается только ради кредов. Впрочем, кому я это говорю. Ладно, что адвокат пишет?

— Что пока на судебном заседании и свяжется со мной, как только освободиться.

— Жаль. Кстати, ты не знаешь, что это? — и показал ему пластинку что достал из-под прицела.

— Карта памяти. Откуда она у тебя?

— Нашёл под прицелом винтовки. Думал она от прицела, но куда её вставить, так и не обнаружил.

— Скорей всего, она не от прицела.

— А от чего?

— Не знаю. Можно проверить. Наверно она чистая.

— Проверь.

Он вставил пластинку в планшет. После чего долго колдовал над планшетом.