Книга Третий. Том 6, страница 84 – INDIGO

Почесав затылок, я ещё подождал — минут двадцать, пока не начало темнеть. Небо над городом медленно меняло цвет с серо‑жёлтого на тёмно‑лиловый, зажигались первые фонари. Из проходной так никто и не появился.

Тогда я встал, подошёл к проходной и подёргал дверь.

Заперто.

Тогда, недолго думая, я перемахнул через забор рядом с проходной — там, где он был пониже, — и приземлился на территорию базы.

Только ветер сейчас гулял по нынешней территории базы наёмников. Он гнал рыжую пыль, заметал следы в проходах между постройками.

Стоял у проходной и осматривался.

База наёмников Бари — вернее, то, что от неё осталось.

Стальные ворота гаражей были выломаны — не аккуратно вскрыты, а именно выломаны или вырваны, варварским методом. Сейчас они висели на одних петлях, время от времени скрипя под напором ветра, издавая тот тоскливый звук, какой бывает у всего брошенного и забытого.

Немного приоткрыв один из гаражных боксов, я сразу понял: здесь всё вывезли до меня. Голый пол в разводах масляных пятен, пара ржавых болтов в углу — вот и всё, что осталось от имущества наёмников, которых я знал.

Но меня интересовала оружейка Бари.

Оружейная комната располагалась в торце первого этажа, за двойной дверью с кодовым замком. Вернее, когда‑то располагалась. Дверь — массивная, стальная, которую я помнил всегда запертой, — теперь открыта нараспашку, слегка перекошенная, с вырванной напрочь петлёй. Кто‑то явно не утруждал себя сложностью взлома — просто взял и вырвал.

Большой железный шкаф, в котором Бари хранил оружие, с наклейками от каких‑то давних рекламных кампаний, стоял открытым настежь. На полу валялось то, что не сочли нужным забирать: треснувший пластиковый приклад от дробовика, несколько пустых магазинов, моток ржавой проволоки, инструкции к оружию, которого здесь больше не было. Всего остального больше не было. Кто‑то здесь побывал до меня и знал, что брать.

Вышел из оружейки и остановился на улице у двери. Встал, прислонившись к стене, и задумался.

И тут нахлынуло: парни сидели здесь — кто на бордюре, кто прямо на земле, — гоняли друг другу байки, ждали выезда. Галдели, ругались, смеялись. Они тогда приняли меня с Ори нормально, без лишних вопросов.

А теперь все они там, в песках. Остались там навсегда. Из всей той компании сюда вернулся только я. Ну и Ори — но его я вытащил, и, если бы не вытащил, он бы тоже там остался.

Мне стало грустно.

К Бари у меня было много вопросов. К остальным — нет. Они просто выполняли работу.

Злость проснулась быстро. Я вскинул винтовку, нашёл взглядом камеру у соседей — ту самую, в которую Бари когда‑то просил меня попасть, проверяя меня. Один выстрел — почти не целясь. Камера разлетелась. А я даже не почувствовал удовлетворения.

После этого направился на второй этаж — в офис, где никогда прежде не бывал.

На втором этаже тоже побывали. Вынесли практически всё. Остались лишь два старых дивана, потёртых до основания, с торчащими пружинами, и полукруглый столик между ними, весь истыканный ножами — чьё‑то развлечение. Обошёл весь этаж. Пустые комнаты — двери открыты, в каждой только пыль. Здесь когда‑то обитал Крит, которого я в глаза ни разу не видел.

Ничего от него не осталось. Ни запаха, ни следа.

Прошёлся по периметру, заглядывая в окна. Двор внизу был пуст. Только ветер гонял песок по бетону.