Книга Священный город бога-предателя, страница 60 – Лия Арден

Вероятно, Малек дремал, потому что с трудом приподнялся на здоровом локте, когда двери закрылись за спиной гостей. Брат вяло моргнул, а потом с силой зажмурился один раз, другой, словно хотел избавиться от пелены перед глазами. Найра отставила поднос с едой, подошла к брату и помогла сесть. Его руку перевязали и закрепили, чтобы во сне он не тревожил перелом. Малек был бледен и, судя по взмокшему лбу, страдал от жара. Но всё же он осознанным взглядом оценил одежду Найры, а затем повернулся к Афшану.

— Если ещё раз увижу, что вы нарядили мою сестру в подобное, то твоя голова будет украшать наши ворота.

— Голова? Саир сказал, что ты выпустишь мне кишки, – скучающе возразил Афшан, пальцем ковыряя крупный рубин в маленькой статуэтке Кияны. Найре тут же захотелось дать этому дикарю по рукам.

С помощью сестры Малек поднялся с кровати, чтобы дойти до дивана. Он, как и Саир, выспрашивал, всё ли у неё хорошо и посмел ли кто-то её тронуть. Хоть последние недели у них выдались напряжённые, но теперь, перед лицом общих врагов, личные разногласия остались позади.

Малек послушно сел, и Найра взяла чашу с густым супом, решив помочь, пока у него сломана рука. Тот покорно съел пару ложек и нахмурился, вновь обращая внимание на Парси.

— Ты помнишь, Афшан? Помнишь, что я был первым, кто начал с тобой говорить, потому что все остальные во дворце с неприязнью восприняли твоё появление? – с едкой усмешкой на губах спросил Малек. Афшан повернулся, но не ответил, поэтому брат продолжил: – Я даже учил тебя стрелять из лука в нашем стиле и показывал выученные приёмы с мечом. Ты был неуклюж с шамширом. Всё ныл, что тебе не нравится изгиб лезвия, но в действительности ты просто был нерасторопным, сколько бы я ни показывал.

Малек намеренно язвил, выразительно разглядывая прямой меч на поясе Афшана.

— Не я был неуклюж, это ты как учитель был бездарен, – сухо возразил Афшан.

— Я пожалел тебя. Ты казался одиноким, – игнорируя ложку супа перед своим носом, продолжил Малек, глядя только на Парси. – Жалкий, ненужный второй сын, презираемый собственными сородичами из-за смешанной крови. Я думал, что Гардан был жесток к тебе, используя как жертвенного ягнёнка. Но вот теперь ты здесь, и я сожалею о том, что не прирезал тебя сам.

Афшан и бровью не повёл, однако и усмешки, которую он демонстрировал Найре на каждую озвученную угрозу, не появилось. Его лицо осталось беспристрастным, но каким-то застывшим, будто он даже дыхание задержал.

Малек всё-таки задел его.

— Мне рассказали, что твой брат намеревался схватить нас всех в храме, но вы просчитались. Меня и Саира там не было, потому что прямо перед поездкой пришло донесение о приближающейся армии, и мы остались с советом и визирями, чтобы обсудить ситуацию.

Найра вернула ложку в миску, внимательно слушая причину отсутствия братьев на празднике.

— Тебя же отправили, как вы думали, в пустой дворец. И какова тебе роль крысы, Афшан?! – зло рявкнул Малек, подаваясь всем телом вперёд и не спуская взгляда с Парси. – Ты воспользовался ходом, через который тебя спасла наша мать! Жалкий слизняк, воспользовался её добрым сердцем, а затем предал, осквернив её память! Нашу мать казнили из-за помощи тебе! Моя сестра едва не умерла из-за раны, полученной в тот день!