Книга Священный город бога-предателя, страница 54 – Лия Арден

Керуш усмехнулся, глядя на попытки Афшана удержать взбесившуюся девушку. Она едва не заехала ему затылком в нос, и он просто бросил Найру на пол. Сареша рухнула, не расчитывая, что её так легко отпустят.

Афшан подобрал оброненный ею кинжал, присел перед девушкой на корточки и наставил на неё лезвие.

— Прекрати вопить. Не вынуждай тебя заставлять, ведь наличие языка для сареши абсолютно не важно, – пригрозил он со всей серьёзностью, надеясь, что благоразумие возьмёт верх над её буйным нравом.

Второй раз за вечер он потерял дар речи, когда девушка с вызовом во взгляде голой рукой схватилась за лезвие кинжала. Афшан не шелохнулся, не веря в её глупость. Сил не хватит вырвать у него оружие таким способом, она только поранится.

Словно читая его мысли, Найра сжала пальцы и дёрнула руку, разрезая нежную кожу ладони. Никто не остановил сарешу, когда она вскочила на ноги и устремилась к Малеку. Азура уже не старался подняться с колен, тяжело дышал, придерживая сломанную руку. Найра встала между Малеком и Сарвадом. Брат даже отступил на шаг, вероятно, заинтересованный, чего ещё ждать от обезумевшей сареши.

— Больше вы не тронете никого в этом городе! И не прикоснётесь к моим братьям, – властно заявила она, вызвав жалостливые смешки.

— И кто же нам помешает? Ты? – с наигранной вежливостью уточнил Сарвад.

В ответ Найра вскинула левую руку. Она оттянула ткань платья на предплечье, демонстрируя метку Ируги.

Веселье и бравада моментально исчезли с лица Сарвада и остальных мужчин.

Сареша Найра – жрица Ируги.

Этого они не знали.

— Я выбрана самим Иругой. Вы, может, и поклоняетесь Эшту, но знаете, что Ируга сейчас владеет огнём! – с большей твёрдостью озвучила сареша, поддерживая всеобщее замешательство.

— Украденным огнём, – сквозь зубы поправил Керуш. – Вы поклоняетесь предателю и лжецу!

— А вы – убийце и любителю кровавых подношений! – огрызнулась Найра и уверенным взглядом обвела воинов. – Вы вступили в город нашего бога во время священного праздника, и каждый из вас будет вечность гореть в голубом пламени его мести.

Воины испуганно отпрянули, когда она взмахнула рукой, и кровь из её порезанной ладони окропила пол, едва не задевая фарсидцев.

«Проклятье».

Вера в Иругу и Эшту – основа их мировоззрений и повседневной жизни. Сареша умело играла на этих страхах. Фарсидцы презирают поступок Ируги, но он всё-таки бог, и у него в руках огонь Эшту. Ни один из их людей не желает бесконечных мук в яростном пламени. Если небеса действительно принадлежат Ируге, то поклоняющиеся Эшту верят, что переродятся и вновь окажутся на земле – во владениях их бога.

Поджечь храм Ируги со жрицами внутри – это одно. Смерть их отобрана пламенем. Но к сареше – жрице Ируги сейчас никто не прикоснётся, боясь её крови как отравы.

Сарвад бросил на Афшана короткий взгляд. Судя по ходящим желвакам, он думал о том же.

«Страх и сомнения – это зараза, а среди воинов – самая настоящая чума».

— И что же ты желаешь, сареша? Что я должен дать жрице Ируги, чтобы она не прокляла моих людей? – Сарвад наклонил голову, словно хищник, изучающий добычу. Найра открыла рот, но Сарвад поднял руку в приказе дослушать. – Но проси что-то реальное. Твой город захвачен, не пытайся шутить с моей добротой.

— Мои братья, – благоразумно помедлив, ответила она, вероятно понимая, что никто не вернёт захваченный город из-за её метки Ируги. Скорее Сарвад рискнёт и отрубит ей голову, становясь в глазах своих же людей бесстрашным. Ей позволили торговаться только потому, что она Азура и рычаг давления на Малека, который пригодится, чтобы склонить жителей Хетры.