Книга Священный город бога-предателя, страница 278 – Лия Арден

Что-то дёрнуло его вверх, заставив встать. Тело сперва затряслось после пережитого ужаса, но медленно его окутало спокойствие. Он видел побелевшие от испуга лица. Найра, ещё одна жрица Ируги и Ойша глядели на него как на призрака или живого мертвеца. Он перевёл взгляд на свои руки, и капающий с пальцев жидкий огонь не вызвал в нём потрясения. Наоборот, Афшан погрузился в странное умиротворение. Затем почему-то открыл рот и заговорил. Слова лились из него, мышцы на лице то напрягались, то расслаблялись, он говорил, расхаживал по залу, смотрел и испытывал все эмоции Кияны. Богиня делилась с ним пережитым, говорила через него, а взамен даровала Афшану отсутствие страха и боли.

Ему не было смешно, но хохот сам поднялся по горлу, и он рассмеялся вместе с богиней, чувствуя её раздражение и горечь от людской глупости.

— Я всё исправила, – согласилась Кияна, усмирив веселье.

— Но наши поля и урожай не стали лучше, – растерянно заметила Ойша.

— Я всё исправила, это потребовало огромного количества времени и сил. Так много, что в какой-то миг я осознала, что восстановление произойдёт быстрее, если сжечь всех смертных до одного, – призналась Кияна, и Афшан бросил равнодушный взгляд на потрясённых жриц. – Иногда я размышляла об этом, думала, как бы просто это было. Ни Ируга, ни Эшту не смогли бы мне помешать. Ваши покровители бросили вас. Вы, смертные, изначально не более чем игрушки в руках моего брата и мужа. Они соревновались, используя вас как фигуры на игровых досках. И когда вас оставили в покое, вы могли объявить перемирие. Земли хватало бы всем. Но вы набросились друг на друга, как обезумевшие звери. Вы не боролись за выживание и правоту – вы проливали кровь и губили землю из-за тщеславия. И вот снова вы на пороге войны. Ваши урожаи продолжат скудеть, пока я не увижу, что всё исправлено! Я не вернусь, пока всё не станет так, как должно быть! – разозлилась Кияна, Афшан ощутил, как губы растягиваются в язвительном оскале. – Так что можете придумать, как набивать пустые желудки. Сгодится ли для этого завоёванное золото, мой драгоценный Эшту? – Афшан передал язвительные слова Ойше и повернулся к Найре: – Или бормотания молитв хватит, чтобы прекратить чувствовать голод, мой возлюбленный Ируга?

«Как нам всё исправить?» – подумал Афшан, надеясь, что Кияна ему ответит.

«Вы научились разрушать, но всё началось с созидания. Я не буду учить вас тому, что вы и так умеете. Верните всё как было», – мысленно ответила ему Кияна, и тот не стал более спрашивать, боясь её злить.

— Исправьте всё, и ваши поля зазеленеют! Восстановите всё, и ваши столы будут ломиться от еды! Верните всё, и ваши дети перестанут умирать! – потребовала Кияна, и по молитвенному залу прокатилась последняя дрожь, а затем богиня ушла.

Афшан покачнулся, словно потерял опору, которая его держала. Он едва не упал на колени, а каждый вздох давался с болью, но, несмотря на пламя в крови, былой агонии он уже не испытывал. Все неприятные ощущения тлели, как угли в умирающем костре.

Он растерянно встряхнул руками, и пламя прекратило собираться под кожей, возвращая ему привычный вид. Разве что свежая метка Кияны и вены на всём предплечье не переставая светились сквозь кожу. Афшан оглядел свой испорченный наряд. Дыру в одежде на животе, кровь, полное отсутствие рукавов.