Книга Тайна мононокэ с холма Баккэ, страница 70 – Миюки Асаба

— Эх, простите нашего непутевого…

Второй дом произвел на мечника впечатление, что местному мальчику лучше не мечом учиться махать, а помогать семье с полем и огородом.

— Я не возьму с вас плату. Пусть только приходит, – попросил тем не менее он.

— Ну, раз так, я пришлю к вам сына, как только он перестанет лениться.

Похожий разговор произошел и в третьем доме.

К подножью склона Баккэ Соитиро вернулся ни с чем, а у ограды обнаружил притаившуюся стайку девочек, которые перешептывались, заглядывая во двор «Сисинкана».

— Сегодня опять нет?

— Не-а…

Явно высматривали Самона.

Ведь и месяца не прошло, как его занесло в Мэдзиро. И вот даже спустя неделю после исчезновения казалось, что все в их глуши вращается вокруг Самона Асахи.

«Если не станет меня, то заметит разве что госпожа Кикуё, да еще Исаму».

Соитиро вздохнул и осторожно, чтобы не спугнуть, подошел к девочкам.

— Не желаете попробовать позаниматься с синаем?

Девочки не заметили Соитиро, пока он не заговорил у них над самыми душами. Бедняжки чуть не перекувыркнулись, закричали и убежали.

Существуют ли упражнения на то, чтобы так же беззаботно приближаться к людям, при этом никого не распугав, как это умели отец и Самон?

Соитиро предвкушал, что без бедового дармоеда заживет в свое удовольствие, но на деле он вернулся домой, незаметно для себя самого повесив нос. Подумал, что Кикуё, наверное, опять приготовила вкусностей к ужину не на одного, а на двоих, и предвкушение вечерней трапезы сразу сменилось тягостным ожиданием. Он уговаривал старушку не утруждаться, но она раз за разом возражала: «Да, но что, если сегодня – вернется?» – и ставила под сетку от насекомых большую тарелку.

Вдруг мечник заметил, что у ворот, ведущих к дому, свернулся калачиком полосатый кот.

Когда к нему приблизился человек, кот поднял голову, будто давно его ждал.

«Надо же, не убегает».

Весь день люди от него шарахались, так что Соитиро даже немного обрадовался.

Шерстка на хвосте растрепалась, выражение на мордочке застыло юное и задорное, а на передних лапах и лопатках темнели черные узоры. На Соитиро уставилась пара ярких, сияющих от вечерних красок глаз. Кот здорово напоминал предсказателя…

— Самон, ты? – спросил Соитиро и тут же опомнился. – Что я такое несу?

Покраснев до корней волос, он сбежал в прихожую. Всякому сумасбродству должны быть пределы! Кажется, он совсем поник от тоски.

На кухне лежала деревянная коробка. Обуреваемый смутными подозрениями, Соитиро снял крышку – и действительно обнаружил внутри сэкихан. Видимо, жена галантерейщика отдала рис Кикуё. Да и под сеткой впрямь ждала большая плошка вареных овощей.

Соитиро никогда не дал бы пропасть угощению, которые кто-то готовил с таким вниманием. Он рассудил, что Кикуё живет с супругом, а значит, и едят они больше него одного. Молодой человек с благодарностью отложил себе по половине порций, на освободившееся из-под сэкихана место сложил в коробку остатки овощей и отнес угощение соседям.

Той ночью ему приснился странный сон.

Возле ворот Соитиро снова ждал, свернувшись в клубочек, тот самый полосатый кот, который человеческим голосом спросил:

— Господин, не разрешите ли милостиво войти через ворота?

Какой вежливый, даром что кот. Намного вежливее того, другого кота-переростка. Соитиро это позабавило, и он учтиво ответил: