Книга Тайна мононокэ с холма Баккэ, страница 49 – Миюки Асаба

— Если в детстве не наломаешь дров, не узнаешь жизни…

— Тоже мне умник нашелся. Ты вообще ни одного дела до ума не доводишь!

Поверженный Самон скрыл смущение за беззаботным смешком.

Итак, дети пробрались к хокоре и нашли божественную сферу. Это оказался прозрачный шарик не больше суна размером. Когда ее вытащили на свет, внутри сверкнула потусторонняя зеленая искра. Девочки перепугались и бросились кто куда.^[64]

Если бы на этом все кончилось, Тоё только посмеялась бы над незадачливыми искательницами приключений.

Однако в ту же ночь одна из приятельниц внезапно пропала. Ее мать штопала до поздней ночи, а когда подошла поправить одеяло, обнаружила, что ребенка нет. Точно так же на следующую ночь пропала еще одна девочка из компании.

Весь район встал на уши: весть о похитителе мгновенно разлетелась по округе, а старожилы считали, что дети прогневили тэнгу и те уволокли их в свой мир.

— Я в эти древние байки про тэнгу не верю. Какой-то мерзавец похитил детишек! – клокотала негодованием Тоё.

Однако сферу видели четверо. Двое из них пропали без следа, и мать переживала, что не сегодня, так завтра настанет очередь ее Аканэ.

— Самон, душенька, твои предсказания всегда сбываются. Иначе я ни за что не заставила бы себя прийти. Аканэ осталась дома с полицейскими. Сделай что-нибудь, и поскорее! Раз из натурщиков сбежал, так хоть этим мне отплати!

— Ох, Тоё, страшная ты женщина… Но за Аканэ и у меня сердце болит.

Самон вытащил из-за пазухи кости, подбросил их, поймал, и восьмигранники на раскрытой ладони показали знаки «дуй» и «чжэнь». На шестиграннике выпала тройка.

— «Дуй» соответствует водоему, «чжэнь» – грому. Вместе они складываются в символ «гуй-мэй». Гром баламутит источник. Инь и ян не успокоятся сами собой. Эти гуа означают, что истина скрыта, идти вперед – не к добру. Очередность сбита, и поиски не дадут результата.

— А делать-то что? Я к тебе за советом пришла! – гневилась дама, хватая Самона за плечи.

Предсказатель охнул:

— Я думаю, перед тем как решать нынешнюю беду, надо разобраться в ее глубинных причинах и сперва исправить то, что осталось в прошлом… Тоё. Дай-ка я сам займусь этим делом. Отправляйся домой и жди. Я приду рассказать, что узнал, до заката.

Он спрятал щелкнувшие кости обратно за пазуху, улыбнулся все так же широко и поднялся на ноги. Вот только Соитиро заметил, что глаза предсказателя сверкнули такой решимостью, какой прежде мечнику в нем видывать не доводилось.

— Но почему я-то с тобой иду?

— Наверное, потому, что учитель Янагида – столп справедливости? А когда по соседству детей похищают, остаться равнодушным к горю взывающей о помощи матери было бы жестоко и бесчеловечно.

— Гх…

Самон решил повторить путь незадачливых детей и отправился на гору тэнгу. Та располагалась в селении Накано, и по пути к пригорку они разминулись не с одним отрядом искателей в приметных накидках хаппи, да и полицейские встречались.

— И вообще, если по округе будет шататься бродяжного вида одиночка вроде меня, его тут же примут за похитителя. Зато у тебя, учитель, и прошлое сомнением не запятнано, и все тебя, как ни крути, почитают за чистого праведника, так что не будут задавать вопросов. К тому же ты местный. Не ходил к той самой хокоре на горе тэнгу?