Книга Тайна мононокэ с холма Баккэ, страница 11 – Миюки Асаба

— О чем ты вообще? Между прочим, меня совесть заела, что бросил человека с клеймом смерти на произвол судьбы, на помощь пришел. Мог бы и спасибо сказать.

— Ах! Стой!

Только тут Соитиро сообразил, что раз Самон вошел, то и выйти теперь получится! Но его предупреждение запоздало: предсказатель перешагнул порог. Соитиро схватил его за плечи и оттащил от двери, но, увы, за спиной нового гостя простиралась не желанная свобода, а очередной опостылевший зал.

— Глупец! – в сердцах воскликнул мечник, и изящный предсказатель, запустив пятерню в непослушные волосы, примирительно рассмеялся.

— А как иначе, учитель? Сам-то сколько раз порог перешагнул? За сотню уж точно. Забрался вглубь лабиринта – я тебя обыскался. Все, назад больше так просто дорогу не найти, – напустил он шарлатанского тумана. Затем легкомысленно махнул рукой хозяйке дома. – Здрасьте! Пустите и меня на огонек.

— Простите, а кто вы?

— Да, знаете, хозяин меня прислал дом подлатать. Можно я осмотрюсь?

— В самом деле? Конечно, ни в чем себя не стесняйте. Я сей же час подам сладостей к чаю…

— Что вы, не утруждайтесь!

Самон пропустил Акэно, которая спустилась на земляную галерею, сбросил гэта и сам поднялся в гостиный зал. Соитиро с подозрением следил за предсказателем – вдруг на самом деле он все-таки Миикэ? – но тут новый гость поманил его жестом.

— Хозяйка, одолжите-ка мне этого человека? А то я один не справлюсь!

— Я-то здесь при чем?

— Мы на втором этаже!

Самон проворно взлетел по лестнице. Соитиро недовольно потащился за ним, нахмурившись.

— Так ты кто? Плотник или предсказатель?

— Кто-кто, подвижник я! Горный аскет.

— Из этих, что ли? Которые сидят по горам и учатся, как стать тэнгу?^[31]

— Чего? Какая-то каша у тебя в голове. Ну да ладно. Ради плошки риса я хоть швец, хоть жнец, хоть мельник, хоть отшельник. Меня вот что больше интригует! – Самон обернулся через плечо на узкой лестнице и внимательно осмотрел Соитиро. – Ты что, еще держишься? Вот диво. Я тебя так долго разыскивал, что уж и не сомневался, что опоздал.

— О чем ты?

Меж тем Самон уже юркнул в дальнюю комнату на втором этаже и перегнулся через окно, что-то выглядывая внизу. Затем еще и подсобку нагло распахнул да начал там по-хозяйски рыться. У Соитиро глаза сверкнули от возмущения: не мог же в дом так нагло проникнуть грабитель?

— Она ведь выставила тебе риса. Неужто не поел?

— Нет, конечно.

— Ни чаю не пил, ни воды?

— Нет! Как можно в отсутствие хозяина принимать угощение от его жены?!

Самон даже обернулся, выпучив на нового знакомого глаза. И – на этот раз тихим голосом, как будто по секрету, – спросил:

— И вы… не спали?

Соитиро вскинул брови:

— Я медитировал, чтобы очистить сердце, но ни на миг не задремал.

— О, нет-нет, я не в этом смысле. С хозяйкой – не спал?

— Ч-что?.. Нет!!!

— Ого-о-о! Ого-го, это же надо! Так, значит, все проще простого! Осталось только эту штуковинунайти – и сразу освободимся! Вот чудеса! Хвалю, ох хвалю! Молодец, учитель, мое почтение!

Самон рьяно похлопал мечника по плечу, но Соитиро с возмущением сбросил его руку. Никогда в жизни еще никто, ни одна живая душа не обращалась с ним, Соитиро Янагидой из додзё «Сисинкан», так панибратски!

— Я ни слова не понимаю из тех бредней, что ты мелешь, но ты, как я понял, тоже видишь порождения этого морока? Ты, случаем, не часть злого видения?