Книга Арабский кофе со сливками, страница 207 – Евгения Романенко

Фархан обхватил голову руками и повалился на диван. Айша сочувственно смотрела на мужчину и благоразумно молчала.

— О, Аллах! – простонал он. –Что же задумала эта гадюка? Ты же понимаешь, Айша, что твоя госпожа неспроста отлучалась. И что у нее было в пакете? Не факт, что духи. Надо бы проверить в интернете баланс ее счета.

Сразу будет видно, что куда-то она потратила деньги.

— Господин, – осторожно проговорила Айша. – Может, ну ее эту девку? А? Она пустая, бесплодная, как пустыня. Найдите себе другую гурию в жены, зачнете детишек.

— Айша, – вспыхнула Фархан. –Мне не нужен никто. А любимая и ребенок у меня уже есть.

— Есть! – пискнула Айша, перепуганная реакцией мужчины. – Как скажете. Значит, вы разведетесь с ней? Но что скажет ваш отец?

— В этом и загвоздка, понимаешь, без веских оснований я не могу отправить ее родителям. А что отец? Разве я непослушный сын? Я все время делал, как он велел. И что из этого вышло? Надоело! Хватит! Я просто хочу быть счастливым! Разве это грех?

— О, Аллах, – пролепетала испуганная Айша. – Побойтесь Аллаха, господин Фархан. А то накличете беду своей непокорностью батюшке. Аллах! Непослушание – грех!

— Айша! – Фархан устало посмотрел на дрожащую от суеверного ужаса старуху. – Я люблю ее и сына. И точка. Я буду с ними. Я так решил.

— Но она же иноверка! Неверная! Христианка! – прохрипела Айша. – Найдите себе добрую мусульманку и живите.

— Нет! – Фархан упрямо сжал губы, отрицательно замотал головой и процедил. – Я люблю ее, и мне все равно кто она – мусульманка, христианка или язычница!

— О, Аллах! Господин Кубара будет против, – едва слышно прошептала Айша и с жалостью посмотрела на воспитанника.

Но как ни странно, Фархан отлично услышал. Он резко посмотрел оробевшей старухе в глаза и отчеканил:

— Ты, главное, следи за Гульзар. Отец – мое дело.

Айша утвердительно кивнула и судорожно сглотнула. Сейчас он был безумно похож на своего отца – властный, целеустремленный и жесткий. В такие минуты, с Фарханом лучше не спорить, да и кто она такая, чтобы перечить господину.

— Как скажете, господин Фархан. Я пойду? – она резво для своих лет, подскочила с дивана и шустро двинулась к двери.

— Конечно. Иди к своей госпоже. Смотри в оба и, если что, звони. Мне нужны факты и доказательства.

Когда за старухой закрылись двери, Фар удобно расположился на кожаном диване.

— Я выведу тебя на чистую воду, Гульзар, и ты поедешь прямиком к своим родителям, – прошептал он, задумчиво почесывая заросший подбородок.

В нем зрела уверенность в том, что жена определенно что-то задумала. Но ждать, когда все выяснится, Фархан больше не мог. Пришла пора встретиться с отцом.

— Развод говоришь, – медленно протянул, растягивая каждое слово. – Сын, ты хоть понимаешь, что затеваешь?

— Отец, я решил! – упрямо проговорил Фархан, угрюмо рассматривая сад через распахнутое настежь окно.

За его спиной послышался низкий мужской смех.

— О, Аллах, хорошая шутка. Смешно! Разыграл старика отца! – с напускной веселостью сказал мужчина и с хрустом в суставах потянулся.

Фархан резко повернулся и с яростью посмотрел на холеного пожилого мужчину в белоснежной гандуре. Он сидел с непокрытой головой. Черные, как вороново крыло, кудри едва тронутые сединой, резко контрастировали с его практически поседевшей бородой и бровями. Господин Кубара надменно приподнял дряблый подбородок и холодно посмотрел на старшего сына. Тонкие губы сжаты в прямую линию. Внешне Саид Кубара абсолютно спокоен, даже безучастен. Лишь тонкие ноздри хищного породистого носа раздувались, выдавая истинное состояние пожилого мужчины.