Книга Не на твоих условиях, страница 74 – Марина Войкова

Первую неделю на новом месте я чувствую себя человеком, которого высадили в незнакомом городе без карты, телефона и уверенности, что он вообще правильно произносит название улицы. Вроде бы всё понятно: обязанности знакомые, задачи вполне посильные, коллектив доброжелательный, начальник не пытается проверить мою стрессоустойчивость внезапными поручениями в половине седьмого вечера. Но я всё равно постоянно ловлю себя на том, что сравниваю происходящее с прежней работой.

Здесь другие кабинеты, другие голоса, другой кофе в общей кухне. Даже принтер работает иначе, хотя, казалось бы, у офисной техники вообще не должно быть характера. Однако этот экземпляр, судя по всему, считает своей главной задачей напоминать сотрудникам, что спокойная жизнь не входит в должностные обязанности. В первый же день он зажёвывает мой документ, во второй отказывается печатать таблицу, а в третий начинает мигать всеми лампочками сразу, словно пытается передать сообщение внеземной цивилизации.

Я стою перед ним с пачкой бумаги в руках и думаю, что раньше в таких ситуациях могла позвать Оксану. Она бы пришла, посмотрела на аппарат с выражением глубокого разочарования и заявила, что техника просто чувствует слабость. Потом каким-то непостижимым образом всё заработало бы.

Но Оксаны здесь нет, поэтому я самостоятельно открываю крышку, вытаскиваю смятый лист и возвращаюсь к работе. Жизнь продолжается. Даже принтеры, похоже, вынуждены с этим смириться.

Вечерами я стараюсь не оставаться дома без дела. Встречаюсь с подругой, разбираю шкаф, который давно обещала привести в порядок, возвращаюсь к книгам, отложенным ещё до знакомства с Маратом. Иногда готовлю что-нибудь сложнее привычной яичницы и даже обнаруживаю, что способна провести целый вечер на кухне, не вспоминая ни одного нашего разговора. Правда, потом могу случайно увидеть похожую машину на улице и на несколько секунд забыть, куда шла. Но я считаю это прогрессом: раньше мне хватало одного воспоминания, чтобы испортить себе весь вечер, теперь я хотя бы успеваю дойти до нужного поворота.

С Маратом мы больше не переписываемся.

После его короткого «Понятно» я не стала ничего добавлять. Он тоже не написал. В первые дни я несколько раз открывала наш чат, словно там могло появиться что-то новое само собой. Потом поймала себя на этом занятии и решила убрать переписку из списка последних разговоров. Не удалять — до таких подвигов я пока не доросла, — а просто перестать натыкаться на неё каждый раз, когда открываю телефон.

Я не собираюсь делать вид, будто наши отношения ничего для меня не значили. Но и превращать память о них в ежедневный ритуал тоже не хочу. Мне достаточно того, что я и без напоминаний помню его голос, улыбку и то, как он смотрел на меня, когда мы оставались наедине. Некоторые вещи, к сожалению, сохраняются в голове без всякого согласия владельца.

На второй неделе я впервые задерживаюсь на новой работе допоздна. Мы готовим расчёты для клиента, сроки сдвигаются, и мне приходится проверять данные практически до закрытия офиса. Ничего необычного, обычная рабочая ситуация. Я даже успеваю увлечься задачей и забыть о времени, пока коллега не заглядывает ко мне с вопросом, собираюсь ли я ночевать за компьютером.