Книга Не на твоих условиях, страница 5 – Марина Войкова

Даже если этот человек обладает невероятными плечами, красивой улыбкой и привычкой смотреть прямо в глаза, отчего у меня каждый раз возникает желание либо сбежать, либо сделать какую-нибудь откровенную глупость.

И, кажется, Марат Рашидович уже начал догадываться, что именно из этих двух вариантов мне ближе.

А самое ужасное — мне самой это начинает нравиться.

Если бы за каждый раз, когда я за последние сутки вспоминала Марата Рашидовича, мне платили премию, то к концу месяца я могла бы спокойно уволиться и открыть собственную компанию. Небольшую, конечно. Для начала. А потом, глядишь, и до строительной империи доросла бы. Главное — не нанимать генерального директора с такими плечами, улыбкой и совершенно неприличной привычкой смотреть на людей так, будто он знает о них что-то, чего они сами пока не поняли.

Хотя нет, такого директора я бы как раз наняла. Просто поставила бы себе отдельную задачу: не краснеть в его присутствии и не терять способность связно мыслить. Задача, судя по последним событиям, непростая. Вчера я умудрилась дважды выставить себя полной идиоткой, причём во второй раз даже не успела ничего сказать. Просто стояла перед ним с папкой документов и смотрела куда-то в район его плеча, потому что глаза почему-то отказывались подниматься выше. А Марат Рашидович, разумеется, всё заметил. Такие мужчины вообще редко что-то пропускают, особенно если дело касается чужого смущения.

Сегодня я твёрдо намерена вести себя нормально. Работаю в компании третью неделю, испытательный срок ещё никто не отменял, и было бы неплохо оставить о себе впечатление толкового специалиста, а не девицы, которая забывает собственное имя при виде начальства. Тем более что работа мне действительно нравится. Проекты интересные, зарплата приличная, коллектив в основном адекватный, а перспективы такие, что иногда я сама себе завидую. Не хватало только влюбиться в генерального директора. Хотя, если уж совсем честно, поздно об этом рассуждать: влюбилась я раньше, чем успела толком разобраться, где здесь кофемашина.

— Алина, ты расчёты по третьему объекту закончила? — спрашивает Оксана, заглянув ко мне через перегородку.

— Почти. Осталось сверить два показателя и отправить итоговую таблицу.

— Тогда неси сразу Марату Рашидовичу. Он просил к обеду.

Я медленно поднимаю голову.

— Лично?

Оксана смотрит на меня так, словно я спросила, нужно ли перед входом в кабинет генерального директора снять обувь и трижды поклониться портрету основателя компании.

— Нет, конечно. Пошлём голубя с флешкой. Алина, ты чего?

— Ничего. Просто уточняю.

— Угу. — Она прищуривается, и мне совершенно не нравится выражение её лица. — Ты его боишься?

— Кого?

— Нет, ну я понимаю, что у нас тут начальство серьёзное, но не настолько же. Он тебя не съест.

Вот это как раз и беспокоит, — думаю я, но вслух говорю:

— Я его не боюсь. Просто хочу всё проверить, прежде чем идти.

— Вот и проверяй. А то он у нас человек занятой, времени на раскачку не любит.

Оксана уходит, а я несколько секунд смотрю ей вслед. Потом перевожу взгляд на монитор, перечитываю таблицу и обнаруживаю ошибку в одной из формул. Совсем небольшую, но достаточную, чтобы окончательно испортить мне настроение. Прекрасно. Если бы я не отвлекалась на мысли о своём начальнике, давно бы всё закончила. Впрочем, обвинять в собственной рассеянности красивые глаза другого человека удобно, но профессионально неправильно. Исправляю формулу, ещё раз проверяю цифры и только после этого закрываю файл.