Книга Кусадьба. Требуется горничная!, страница 103 – Анастасия Буянкина

Сложно любоваться достопримечательностями нового города, когда на сердце тебе давит груз былого, с которым и взрослые-то далеко не всегда справляются. Боюсь представить, что переживала Васса в те дни.

— Тина… — подала она голос. — Всё в порядке. Просто пойдём, ладно?

Насчёт порядка я бы, конечно, поспорила. Но не все мы готовы распахивать душу даже перед самыми близкими людьми, а я даже не в их числе — всего лишь горничная.

Вытянутое двухэтажное здание редакции на первый взгляд будто отремонтировали только вчера. Безупречно окрашенные стены — ни трещинки, ни царапинки. Блестящие под невыносимо жарким солнцем окна с золочёными рамами. Новёхонькая дубовая дверь, по которой то и дело пробегали лиловые искорки.

Ага, значит, чары не защитные — оттенок другой. Ставлю на то, что эта магия помогает распознать личность посетителя. Но как в редакции понимают, по приглашению явились или нет? Будь я в истинном обличье, непременно расспросила бы причастных. Сейчас же оставалось только гадать.

Мы подошли вплотную, и я невольно рассмеялась, вглядевшись в стены, которые показались мне такими идеальными.

— Что такое? — удивилась Васса.

— Это иллюзия.

— Иллюзия… В смысле сам дом?

— Нет конечно, только ремонт, — пояснила я. — Бытовые чары, довольно сильные. Наверное, у редакции маловато денег, вот и заплатили магу, чтобы прикрыл обшарпанный фасад. Полноценная реставрация выйдет дороже.

Васса прищурилась, обвела взглядом здание — и покачала головой, точно не верила моим словам.

— А с виду и не скажешь. Я пытаюсь рассмотреть… Нет, вообще ничего такого.

— Хорошие чары почти всегда незаметны, — ответила я. — Кроме тех, что на двери. Видишь искры?

— Да. Но ради чего их оставляют?

— Предупреждение, только и всего. Защитные завесы тоже бывают видимыми — чтобы тот, кто хочет, допустим, влезть в чужой дом, сразу понимал, что его шарахнет как следует, если ступит на порог.

Тонкие рыжие брови сошлись у переносицы, и я тотчас поняла, что слишком увлеклась в своих рассказах. Что поделать — не встречала ни одного мага, который тяготился бы своим даром и не любил его всем сердцем. Дар — продолжение нас самих. Было бы странно отторгать то, что досталось тебе совершенно случайно и при этом дало такую силу.

Хотя есть, наверное, и исключения. Ведь магия не только дарует нам силу, но и забирает немало. Порой, сплетя особенно сложные чары, выматываешься так, точно бежал по пустыне с утра до глубокой ночи. Мои способности такой отдачи обычно не требуют, но всякое случается.

— Я не понимаю, — наконец проговорила Васса. Она и не заметила будто, что перешла на шёпот. Во взгляде, устремлённом на меня, плескалось безграничное удивление, а ещё — что-то, отдалённо напоминающее… страх? Нет, только не это. — Откуда ты столько знаешь про магию? Ты всё-таки чародейка, да?

Ох, боги и богини.

— Нет, — заверила я. — Пожалуйста, не думай, что я вру. Мы говорили об этом с твоим отцом, он знает. У меня был дар. Совсем слабый, просто искра… И я ничего не смогла бы с ним сделать. Такое не разовьёшь.

— То есть ты, — она замялась на мгновение, — могла бы стать чародейкой, но сил не хватило?

— Да. Это случается не так часто, но всё же случается.

— Как жалко…

В глазах у Вассы вдруг блеснули слёзы.

— Я просто представила, — тихо добавила она. — Как бы чувствовала себя, если бы придумывала истории, но не могла доводить их до ума. Это же ужасно.