Книга Ее домашняя нечисть, страница 51 – Александра Черчень

И все-таки это – сова!

Перья вон… черные и белые.

Так! Священный зверь используется исключительно для защиты от внешних врагов или для отстаивания интересов клана – то есть тоже от внешних врагов. Своих не трогает, точно!

— Ну, раз это совиный священный зверь, то он же не сделает нам ничего плохого, – с искусственной бодростью сказала я.

— Тебе не сделает, – согласился Кайшер.

— Логично, – протянула Пуся. – Я так думаю, он пришел за Айлин.

— Естественно, – кивнул декан. – Чтобы забрать ее в клан. Живую и невредимую, – добавил он, покосившись на меня. – Ты – благо для клана, Айлин. И Лунный Сипух, несомненно, это знает.

Жуткое чудище, ой, то есть совиный священный зверь, согласно ухнул. Точнее, издал звук, от которого содрогнулись древние ели и плеснулась вода в ручье. И сделал шаг вперед.

— Может, мне стоит с ним поговорить? – робко предложила я. – Он вообще разумный?

— Как посмотреть, – ответил Кайшер. – Он однозначно знает, зачем пришел и как ему поступить. Но ты можешь попробовать.

— Эй! – громко позвала я. – Уважаемый Лунный Сипух! Я очень рада вас видеть. Вы не могли бы передать моему отцу, что со мной все в порядке и я навещу его при первой же возможности?

Сипух ухнул снова, переступил с лапы на лапу и шагнул опять, на этот раз ступив прямиком в ручей. Наклонил голову.

Ну… по крайней мере я попыталась.

— По-моему, он примеривается, как схватить Айлин, – задумчиво сказала Пусинда. – Надо бы его прогнать.

— Священных зверей магия не берет. Но ты тоже можешь попробовать, – ответил декан и почему-то принялся расстегивать рубашку.

— Можно?! – радостно спросила ухмара.

— Сколько угодно, – хмыкнул Кайшер. – Айлин, когда я разденусь, отлети в сторонку, пожалуйста. Но не раньше, а то спровоцируешь его.

— Хорошо, – растерянно сказала я.

Драка началась немедленно, но была какая-то… односторонняя.

Ухмара атаковала без предупреждения. Это было настолько зрелищно и, честно сказать, настолько ужасно, что я забыла, как летать. И поняла, что тогда, на полигоне, Пусинда не нападала на меня, а просто развлекалась. Теперь же…

Нечисть превратилась в плотный черный туман, который понесся на зверя со скоростью урагана, захватив по дороге пару валунов и воду из ручья.

Магия во плоти. Такая, что меня, стоявшую сзади, оглушило жутким воем, пригнуло к земле, обдало холодом. А в огромную сову врезались сотни черных жгутов, с шипением впились в перья и… словно стекли вниз.

Ухмара собралась воедино – теперь она не била, она давила, искривляя вокруг совы пространство. Воздух шел рябью, вода превратилась в пар. Черный туман нырнул в землю и вырвался оттуда, заключив Сипуха в огромную воронку смерча. И тут же опал, бессильно взвыв.

А Лунный Сипух даже не шевельнулся. Только на перьях неторопливо гасло бледное свечение.

Ухмара атаковала его чем-то вроде черных молний – и с тем же результатом. Молнии били в цель и тут же отваливались, превращаясь в куски тумана.

На этом моменте священному зверю надоело. Он ухнул дважды, мотнул головой и распахнул крылья. И я наконец отлетела к елям, где уцепилась когтями за ветку.

И едва удержалась на ней.

Потому что профессор Эйдан с бережка исчез, зато на взлетавшую сову кинулась уже другая молния. Одна. Больше всего похожая на закрутившийся спиралью столб. Серебристо-синий, сверкающий и безумно быстрый.