Книга Ее домашняя нечисть, страница 123 – Александра Черчень

К обеду у меня было три страницы наблюдений, набросок с изображением Коти, предварительная гипотеза о питании и огромное желание покопаться в бестиарии по Шаударскому лесу!

Чем я и занялась сразу после обеда!

И уже на улице, шагая по дорожке в сторону библиотеки, я подхватила на руки ждавшего меня на ближайшем дереве Финика и, запрокинув голову, проводила взглядом реющую в небе Хильду.

Улыбнулась, глубоко вдохнула и длинно выдохнула.

Вот она – нормальная жизнь!

* * *

Библиотекарша с улыбкой поздоровалась, я изложила ей свой запрос, и леди Таринис, немного подумав, сообщила, что вернется минут через десять. Я кивнула и прошла к дальнему столу у окна, который негласно считала своим уже несколько недель. Сейчас таких далеких, словно из прошлой жизни… Но тем больше удовольствие от возможности сесть на то же самое место!

Хильда устроилась на спинке стула рядом. Финик немедленно полез в сумку – осторожно, без обычного энтузиазма, и я покосилась на него.

— Как живот?

— Я снова начинаю чувствовать покалывание. – На меня уставились круглые страдающие глаза. – И он немного урчит. Но это уже лучше, чем вчера… наверное. Я бы не стал сильно радоваться! Может, это просто временное улучшение, и оно уже ухудшается!

Его жалобы прервала библиотекарша, вернувшаяся даже быстрее, чем обещала. Она положила передо мной несколько пухлых томов.

Я раскрыла перед собой блокнот, с заметками и принялась за каталоги, которые любезно принесла мне библиотекарша.

Шаударский лес… Около пятидесяти лет назад в расположенной рядом с ним долине проснулся очередной Источник магии, и примерно треть всех животных подверглась мутациям. С тех пор нечисть там не переводится, больше того – возникают новые виды. В общем, истинный рай в плане исследовательских и практических нужд! И при этом очень опасное место, в котором попадаются очень опасные твари…

Я листала каталоги, сверялась с блокнотом, делала пометки на полях.

— Айлин, – сказала Хильда минут через двадцать.

— Угу.

— Ты перелистнула одну и ту же страницу четыре раза.

Я посмотрела на раскрытую книгу. Действительно – страница с описанием лесных светляков, совершенно мне сейчас не нужных.

— Задумалась.

— Вижу, – сказала Хильда. – О химероиде?

— О нем в том числе.

Сова помолчала с тем особым терпением и многозначительностью, которые хуже любых вопросов. Я вздохнула и вернулась к каталогу.

Если предположить, что это действительно химероид – а других версий у меня пока нет, – то интересен не только вид, но и поведение. Существо явно понимает, к нему обращаются или нет. Реагирует на интонацию. На сыр согласилось только после того, как я объяснила вслух, что предлагаю, – что само по себе было довольно странно.

— О чем задумалась? – спросила сова.

— О разумной нечисти. – Я почесала бровь.

— Разумность весьма относительна, – не задумываясь, ответила сова. – Вот смотри, Финик у нас вроде бы по классификации нечисть разумная: реагирует на речь и понимает контекст. Но делает ли его это шибко сознательным?

Из сумки донеслось возмущенное сопение.

— Я высокосознательный, – сообщил Финик. – Просто избирательно.

С улыбкой потрепав питомца по спинке и уже отнимая руку от его гладкой шерсти, я заметила вновь засверкавшую на запястье татуировку.

Она была единственным, что постоянно напоминало про Иммерзиль и все, что там произошло.