Книга Тайны старого замка. Гостья из другого мира, страница 96 – Татьяна Абалова

— Все могут короли…

— Не капризничай, показывай, где болит, — Найтан откупорил склянку и зачерпнул пальцем густую, неприятно пахнущую мазь.

— Что это?

— Королевский лекарь дал. Я уже намазал себе. Болеть перестало сразу, а вот запах… От меня целый час шарахались, пока не впиталось, — чтобы Лиза поверила, он оттопырил ворот рубашки. Краснота еще держалась, но место вокруг «татуировки» уже не выглядело болезненным.

— Я сама, — Лиза потянулась к склянке, но Вепрь убрал ее в сторону.

— Позволь мне, — в его глазах светилась мольба, точно ему жизненно необходимо было дотронуться до Лизы.

Она закусила губу, когда он сам стянул ворот ее широкой рубашки с плеча, едва не оголив грудь полностью. Осторожно, будто касался хрупкого фарфора, намазал вокруг больного места.

— Как ты? — спросил он, ища в глазах Елизаветы ответ.

— Мазь прохладная. И уже не так больно. Продолжай.

Когда Вепрь закончил, он не мог не заметить, как изменилось дыхание Лизы. Он поднял на нее глаза, а она облизала губы. Вроде ничего не значащие знаки, но близость любимой женщины, аромат ее тела, перебиваемый запахом мази, все еще хранящиеся на кончике пальцев воспоминания о ее гладкой коже — все это побудило его задать вопрос, от которого он сам смутился, словно мальчишка:

— Можно я тебя поцелую?

Она неуверенно кивнула, и первая же потянулась к нему. Поцелуй был нежным, почти невесомым, пока Лиза сама не обхватила голову Найтана, и не припала к его губам в желании углубить поцелуй, сделать его требовательным, неистовым.

Спроси у нее, откуда взялось столько смелости, и Лиза не ответила бы. Она словно услышала выстрел стартового пистолета, который сорвал все запреты и заставил бежать дальше, быстрее, сильнее. Чувствовать и желать острее.

Следующим голову сорвало у Найтана. Он разделся с такой скоростью, что вырвал пуговицы с корнем, где бы они ни находились — на рубашке или штанах. Единственное, что еще оставляло его в трезвом уме — боязнь задеть больное место на груди Лизы.

Она затаила дыхание, когда поняла, что сейчас случится — они консуммируют брак, который затевался, как фиктивный. Лиза ждала боли, ведь Найтан был у нее первым, но он был нежен и знал, как доставить женщине удовольствие.

Елизавета долго плакала в его объятиях, но вовсе не потому, что раскаивалась. От переизбытка чувств. Лиза поняла: она так сильно любит Найтана, что не сможет с ним расстаться. Даже если ее отпустят домой, она предпочтет остаться с ним.

Утром они прощались, как Ромео с Джульеттой. Еще один поцелуй, еще одно слово любви.

— Зачем тебе уходить? Что случится, если тебя застанут в моей постели? Мы ведь стали мужем и женой. Поспи еще немного. За окном даже не рассвело.

— Сегодня важный день. Я не должен опять оплошать. Но верь, принцесса, с закатом я вновь буду у тебя.

— А почему через окно, а не через дверь?

— Прости, но на моих вещах нет ни одной пуговицы. Не хочу, чтобы на меня пялились и гадали, с кем я провел ночь. Ведь о нашей свадьбе во дворце еще никто не знает. А отсюда до моих покоев всего лишь дюжина окон.

Вепрь, уходя, сунул баночку с мазью в руки Лизы.

— Не забудь помазать. К вечеру совсем не будет болеть.

Скрип рамы, и генерал исчез в серой дымке утра.

Елизавета снова легла. Укрывшись, она погрузилась в размышления о том, что произошло ночью. Никаких угрызений совести. Ей было радостно.