Книга Грехи отцов, страница 158 – Тимофей Грехов

— Просто знаю, — ответил я.

* * *

Я сидел и думал, что я могу предпринять. Помощи ждать мне неоткуда. Было страшно. Моим единственным спасением мог стать лёд. Я мысленно благодарил Смерть за то, что её дар спасал меня от дементоров. Мне предстояло провести большую работу, чтобы выжить. На следующий день после ужина к нам в крыло зашёл новый охранник, который остановился у моей камеры.

— Уходи отсюда Стив, не трогай пацана, — сказал Фенрир.

— Заткнись, — прошипел охранник, — или следующим будешь ты.

В коридор влетели дементоры, которые остановились около охранника. Странно подумал я, почему они не воздействуют на него. Вероятно, на нём был какой-то артефакт. Он открыл мою дверь и в неё залетели дементоры. За прошедшее время я научился лучше сопротивляться их влиянию. Зайдя в центр камеры, я запел Агмы. Дементоры попытались сократить расстояние между нами, но они были в ловушке. Всю ночь я тонкой струйкой создавал из своей крови и льда пентаграмму, которую разместил на потолке. Ночью Фенрир видел, что я что-то делал, даже пошутил не вешаться ли я решил. Тогда мне было не до шуток, в ответ я запустил в него снежком, который точно попал на его лысую голову. Больше он мне не мешал.

Сразу две сущности были высушены. Я не боялся недовольства Магии, так как не нарушил обет, навешенный ей. Меня переполняла магическая сила, взмахом руки я заморозил охранника на месте. Вот урод подумал я, когда обыскивал его. Дождавшись, когда жизнь покинет его, я снял ледяные оковы и обыскал его. Забрал волшебную палочку, и артефакт, с которым охранник не чувствовал воздействия дементоров. В коридоре меня рассматривали все заключенные нашего крыла.

— И что ты будешь делать дальше? — спросила Беллатриса.

— Попытаюсь бежать от сюда, но лучше так погибнуть, а не скрюченным заключенным в камере, — ответил я. — Вы со мной?

— Слава Мерлину, я думала ты уже и не спросишь. Мы в теме. Но здесь ещё два крыла, нам нужно забрать наших оттуда, — сказала Лестрейндж.

Ключами, которые были у охранника, я открыл все двери. Когда все пошли освобождать заключённых в следующем крыле, Блэк так и стоял в дверях, не сдвинувшись с места. Беллатриса, увидев эту картину, подошла и разбила ему нос, поле чего ударила по яйцам.

— Сириус, ты идиот! — начала кричать Белла. — Ты последний живой представитель Блэков и пока ты не оставишь наследника не смей сдохнуть! Твоё Мордредорово геройство и упрямство куда тебя завело?! Ты невиновный прогнил в Азкабане двенадцать лет. А ты и дальше продолжаешь смотреть на мир в розовых очках.

— Откуда ты знаешь, что я не виновен? — спросил Блэк.

— Да все здесь об этом знали. Ты не был одним из нас. Но среди нас был ваш друг Питер Петтигрю. Ты любил Поттеров больше, чем свою семью и не мог их предать.

— Но почему вы молчали? — спросил Блэк.

— Потому что ты кретин, наплевавший на род, — ответила она. — Ты выбрал сторону, которая рано или поздно уничтожила бы все древнейшие рода. И ты всё это время держался потому, что мы не жалели тебя. Правда тебя бы сломала. Выметайся из камеры. Оставишь после себя наследника, а лучше нескольких, вот тогда и помирай за своё правое дело, если захочешь.

В итоге Блэк пересилил себя и вышел.

Мы без проблем освободили остальных заключенных. Меня позвали в последнее крыло, где была ещё одна дверь. Открыв её, мы оказались в коридоре, в котором быстро обезвредили ещё одного толстого охранника, который даже не успел понять что умер. Забрав у него ключ, мы открыли единственную камеру. За ней оказался всего один мужчина, который безучастно смотрел в пол.