Книга Грехи отцов, страница 148 – Тимофей Грехов

— Двадцать восемь родов, — ответила она.

— Неверное, в настоящее время в ней двадцать девять древнейших родов. Мой род возродился и снова числится в бархатной книге. Я предупреждал гриффиндорцев. Очень рассчитываю, что Поттер проявил частную инициативу. И вообще, ты собираешься хоть что-то отвечать? — спросил я у Поттера, стоявшего с открытым ртом.

— Я не собираюсь сражаться с тобой, пожирательская тварь! — закричал он.

Боковым зрением я видел, как Лонгботтом пошёл в направлении Поттера, наверное, чтобы остановить того от ошибки.

— Гарри Джеймс Поттер, засвидетельствуй ещё раз свой отказ, — сказал я.

Профессор МакГонагал и Лонгботтом резко изменились в лице и ринулись к нам одновременно, перебивая друг друга, пытаясь что-то сказать…

— Я подтверждаю, что отказываюсь от дуэли, потому чт.… — сказал через крики окружающих Поттер, не слушая никого вокруг. И не успев окончить фразу, упал хватаясь за грудь.

Я улыбнулся и сел на место. Волшебную палочку держал наготове, в случае нападения. Поттер поймал магический откат.

— С тобой всегда так весело? — прошептала мне Гринграсс.

— Нет, только по понедельникам. Посмотрим куда это веселье меня приведет, — ответил я.

Профессор зло сверкнула на меня глазами.

— Рональд Уизли, Вы за это ответите! — кричала на меня МакГонагалл.

Наколдовав патронус она сообщила кому-то о случившемся, потом подняла Поттера магией и покинула класс.

— Я виноват, что у Вашего студента нет мозгов? Он живет в магическом мире и до сих пор не соизволил выучить законы, по которым живут маги, — сказал я.

Со стула встала Грейнджер и направила на меня свою волшебную палочку.

— Сними с него своё проклятие, а не то пожалеешь!

— Ты дура? Я его не заколдовывал, это магический откат. Если не останется сквибом, то будет ему уроком. Грейнджер, мир, в который маглорожденным открылась дорога, это не добрая сказка. А теперь опусти палочку, если не хочешь останется без неё, — палочка в руке Гермионы дрожала, мои слова не смогли её переубедить.

К ней подошёл Невилл и опустил её руку, сказав, что я не проклинал Гарри.

Сидя за партой начал говорить Драко:

— Как же вы не поймете, что наш мир отличается от мира маглов. Вы маглорожденные приходите в него, — указав в сторону Гермионы рукой, — и пытаетесь изменить наш мир под себя. Вас учат только знанию своих прав, но про обязанности вы не задумываетесь. Когда я называю тебя грязнокровкой, — после услышанного обзывательства, рука Гермионы вновь потянулась к палочке, — это констатация факта. За редким исключением, кровь маглорожденных, всё равно что грязь под ногами. И вы ничего с этим не делаете. Считая наш мир отставшим от вашего. Мне не жаль вас, каждый выбирает сам как жить.

— Это всё ложь, я уже знанию заклинаний больше, чем ты! — воскликнула Грейнджер.

— Знаешь, мне прям очень интересно с чего ты это взяла, хотя мне плевать на твоё самомнение. Мой род насчитывает тысячелетнюю историю, и ты считаешь, что, придя в наш мир, смогла узнать больше меня пользуясь школьной библиотекой? — спросил Малфой.

— Вы всё равно вымираете, генетику не обманешь. Почти все чистокровные имеют проклятия и отсталость в развитии из-за близкородственных браков, — не унималась она.

Я пожалел её и наложил заклятие— silentio —чтобы не наговорила много лишнего.