Книга Князь Андер Арес 5, страница 108 – Тимофей Грехов

Эльф никак не ожидал такого развития событий, и в какой-то момент он заржал.

— Идиоты! Вы всё это затеяли, чтобы узнать про арихалковую энергию? Ахах-хах-ха! Нет! Я ничего не знаю о ней! С чего бы мне вообще… — он резко замолк, увидев, как моё лицо озаряет улыбка. Навык сработал! Тринадцати процентов, чтобы почувствовать ложь, хватило! В голове буквально прозвенел звоночек, сигнализируя, что он врёт.

— Тебя запомнят, как эльфа, который предал всю свою расу, — поднимаясь сказал я. После чего бросил родным. — Пойдёмте. Всё, что надо, я узнал.

Когда мы вышли, ко мне обратился Селви.

— Племяш, я не понимаю твоей радости. Артефакт лжи молчал, он не знает секрет создания арихалковой эне…

— Он врал, — перебил его я. — Не знаю, как эти остроухие ублюдки научились это делать, но Норэль Селани врал.

— Откуда ты это знаешь? — спросил Сэм.

— Кровь нельзя обмануть, — ответил я полуправду, ведь дар тут был ни при чём. Но этого знать остальным необязательно.

— Ты уверен? — спросил Миша.

— Да. И теперь нам надо как можно скорее собрать ингредиенты для зелья.

* * *

Королевство Святой церкви.

Пауль II сидел в своей любимой гостиной, наслаждаясь утренним чаем. Это была одна из немногих радостей, которые он позволял себе в последнее время — недавно он отпраздновал своё пятисотлетие. И сделав глоток чая, он посмотрел сквозь окно на улицу. Во двор, где гуляли его пра-пра, а может уже и ещё раз правнуки. Это для долгоживущих рас пятьсот лет самый рассвет сил, но для людей это было очень много. В груди шевельнулась тихая грусть. За эти века он видел рождение своих детей, наблюдал, как они расцветали и видел, как один за другим уходили. Кто‑то от старости, кто‑то сраженный неизлечимой болезнью, иные по юной беспечности, а кое‑кто и от рук врагов.

До недавнего времени Пауль держал родственников на расстоянии. Он давал им некоторые ресурсы для развития, защиту, связи, но эмоционально не подпускал их к себе. Человек, как кирпич — чем больше его обжигают, тем крепче он становится. Вот и Пауль стал забывать про мирские радости, на деле только изображая доброго дедушку. Сам же тем временем плел свои интриги. За спиной его называли «пауком». И Пауль не возражал, потому что это отражало его суть.

Но после истории с Мисой* всё изменилось (*предавшая род святых из-за зелья Власти и напавшая на Елену вместе с предателями-рыцарями из ордена Святого престола). Его праправнучка — талантливая магесса, подающая надежды паладин. Он возлагал на неё большие надежды…

— «Ай, кому я вру! — подумал Пауль. — Она была неплохим инструментом. И если кого и винить в том, что она предала, то только самого себя!»

Пауль до сих пор помнил, как держал в руках доклад Елены, в котором она описывала события тех дней. И, конечно, предательство Мисы.

Что же до Елены… бедная девочка была не готова к тому, с чем ей пришлось столкнуться.

Пауль прикрыл глаза, делая глоток чая. После того случая он сделал определённые выводы. Нет, он не стал добрее, но он стал… расчётливее.

Он понял одну простую истину: один в поле не воин. Даже «SSS» ранговый одарённый не может быть везде одновременно. Не может контролировать всё. И когда придёт время, а оно обязательно придёт, ему понадобится поддержка.

Не наёмники, не союзники по расчёту, а семья.