Книга Андер Арес, страница 107 – Тимофей Грехов

— Не знал, что ты владеешь сканирующими целительскими чарами, — облокотившись к стене, сказал я.

— Жить будешь, — сказал отец, когда окружавшая меня пентаграмма исчезла.

В этот момент до нас донёсся звон стали. И я вместе с отцом посмотрел в сторону гномов.

Один гном уже лежал на земле. А пятеро сражались друг с другом.

— Прекратить! — закричал отец. Но гномы проигнорировали его.

— Длань Ареса, — и гномы тут же повалились на пол. Со стороны казалось, что их буквально вжимает в землю. Впервые в жизни… и свою, и Андера, я наблюдал за тем, как действует сильнейшее гравитационное заклинание. Гномы не могли даже пошевелиться, не то что встать. — Миша! — громко позвал брата отец. — Подойди.

Мгновение, и Мишель стоит перед отцом.

— Ты нашёл накопитель? — спросил Бастиан.

— Да. Вот он, — протянул он синий куб.

Отец внимательно осмотрел накопитель, после чего вернул его Мишелю.

— Ты быстрее. Отправляйся к архилу и подключи к нему накопитель. Понял?

— Да, отец, — взяв куб, силуэт Мишеля размылся.

Мне снился прекрасный сон. Я был дома. Именно ДОМА… на Земле…

Там я очнулся в госпитале, и симпатичные медсестрички сообщили мне, что я провалялся в коме целый месяц. Что из боя меня вытащил на себе капитан. И если бы не он…

Но не стоит думать, что с капитаном что-то случилось. Он был жив, и одним из первых пришёл навестить меня. Причём от той же сестрички я узнал, что он по несколько раз в неделю приходил меня навестить.

Но самое главное! ВОЙНА ЗАКОНЧИЛАСЬ! Политики наконец-то смогли договориться!

Девушка в белом халате не останавливаясь щебетала, делясь информацией о пропущенных мной событиях. А я слушал её лишь в пол уха. В тот момент мне было плевать на каких условиях дипломаты заключили МИР. Хотя по радости в голосе и блеску в глазах я понимал, что мы одержали победу не только на земле, но и на политической арене.

— Мы же вроде не были друзьями, — сказал я навестившему меня капитану, и тут же спросил: — Зачем?

Думаю, он понял, что крылось под этим вопросом. Я был благодарен, что он меня вытащил. Но почему приходил навещать, я просто не понимал.

— Ты последний из моих бойцов, кого я ещё не отправил домой. Теперь мой долг командира выполнен. И я могу начать жить.

Я кивнул. Мне стало понятно, что капитан морально до сих пор не вернулся с войны. И сейчас он переживает тяжелый этап в жизни…

— Степаныч, — по отчеству обратился я к капитану, — ты увольняешься?

— Да. Минобороны предлагало остаться. Но я больше не хочу… — замолчал он.

Я предложил Степанычу, как он разгребётся с делами, приехать ко мне в гости. Семьи у него не было. Родителей похоронил, хотя по годам он был старше меня всего на пять лет. И к моему удивлению, он согласился. Более того, он вместе со мной поехал после выписки домой.

Во сне я восстановился очень быстро. И когда выходил из госпиталя, я не смог сдержать слёз. У входа меня ждала моя семья. Папа, мама, сестра с племянниками и её муж. Также приехали мои друзья. Они врубили на всю громкость песню «Катюша», и когда я подошёл ближе хлопнули пробки шампанского, которым они окатили меня с головы до ног.

Дорога домой… головой я понимал, что без остановки ехать не меньше пары суток, но мы добрались всего за несколько часов. Степаныч быстро нашёл общий язык с мужем сестры. Всё-таки тот был кадровым офицером и не раз побывал на той же войне.