Книга Рассвет русского царства. Книга 1, страница 7 – Тимофей Грехов, Ник Тарасов

Я попытался встать, но старший толкнул меня ногой. И я упал на спину, больно ударившись затылком о твердую землю.

— Лежи пока, дурак. Вставать тебе никто не разрешал. — усмехнулся он. — И как только у такого воина, как твой отец, уродился такой слабак? Вот тебе мой совет, не пытайся вступить в дружину. А не то той же ночью проснёшься в отхожей яме. Понял?

Остальные заржали. Первый был рыжий с веснушками, а второй чернявый, как смоль. Вот он-то подошел ближе ко мне и плюнул под ноги.

— Это тебе, чтобы знал. Батька твой, хоть и десятник, но ты — дерьмо.

— «Десятник? Какой еще десятник?» — У меня в голове был туман. Я пытался понять, что происходит. Завод, обрушение, смерть… А потом это!

Только сейчас до меня начало доходить, что скорее всего… ТАМ Я УМЕР!

— «И это что… загробный мир? Но почему тогда здесь так грязно и воняет? И почему я в теле ребенка?»

— Эй, ты вообще слушаешь? — старший снова пнул меня. Но уже без запала, скорее для того, чтобы привлечь внимание. — Или божевольным стал?

Не дождавшись ответа, он потерял ко мне интерес.

— Ладно, идем, — махнул рукой крепыш остальным. — С этого дурака толку нет. Пусть лежит.

Они развернулись и пошли прочь, оглашая округу своим смехом.

Через несколько минут я попытался подняться. Уж очень хотелось понять, куда я попал. Мне явно нужна была медицинская помощь. Да и в полицию не мешало бы сообщить.

Спина сильно болела. Ноги подрагивали и, если бы не ветхий забор, о который я опёрся, вряд ли своими силами поднялся бы.

— «Где я?» — огляделся я.

Я был на улице, но это была не дорога. Скорее, полоса земли, усеянная лужами и ямами, где виднелись засохшие кучи, напоминающие о скоте, и в котором была замарана моя одежда. Дома вокруг казались утонувшими в земле, без фундамента, будто они просто осели под собственным весом. И вдали я увидел деревянную стену, в высоту не меньше пяти метров. Такие я видел только в кино, когда смотрел фильмы о…

В этот момент я ущипнул себя, надеясь, что всё-таки это просто сон. Но, к сожалению, это было не так. Я вертел головой по сторонам, но, когда увидел, как в десяти метрах от меня по улице шёл мужчина в кольчуге, а за спиной у него висит колчан со стрелами, я произнес.

— Да, ну нафиг!

Я сидел возле колодца, обхватив голову руками.

«Это невозможно, — повторял я про себя. — Такого не бывает».

Но факты говорили обратное. Я умер на заводе.

Прекрасно помню, как бетонная плита летела сверху, и я нырнул под станок… удар…

В какой-то момент меня начало тошнить. Вот только желудок оказался пуст, и ничего кроме желчи не выходило.

Рядом с колодцем стояло ведро с водой, в котором я увидел своё отражение. Я детально рассмотрел себя, и понял одно: я оказался в теле ребёнка. Эта мысль активизировала какой-то процесс и в голове начали всплывать воспоминания. Не мои. Да и были они обрывочны. Половины я не понимал, а другие пугали меня.

Вроде бы звали меня Митька. Также я узнал, что сейчас нахожусь в какой-то крепости, расположенной на реке Суре. Отец — десятник. Мать, умерла три года назад от лихорадки. Боярин Ратибор, сосланный сюда из Москвы за какую-то провинность. Год назад под его предводительством отбились от большого отряда татар. Но среди наших были потери. Включая моего старшего брата.