Онлайн книга «Рассвет русского царства. Книга 2»
|
(от авторов: в реальной истории Михаилу в 1463 году было 10 лет. Он стал Великим князем Тверским в 8 лет после смерти отца, Бориса Александровича. НО! В этой истории Михаилу 35 лет. Просим при чтении исходить из этого) — И тебе не хворать, Василий Фёдорович. — ответил Тверской. — Слышал, тебя новгородцы потрепали? — Бог миловал, Михаил Борисович. Легко отделался, но, честно, в какой-то момент уже мысленно простился со всеми. Сейчас на месте раны маленькая царапина осталась. — Царапина, говоришь? — Тверской усмехнулся. — А слухи ходят, что тебя чуть к праотцам не отправили. — Кстати, — Шуйский сделал шаг в сторону, открывая меня. — Позволь представить тебе, князь, этого молодого человека. Это Митрий, тот самый лекарь, о котором я говорил Великому князю. Тверской медленно перевёл взгляд на меня. — Лекарь? — переспросил он. — До меня доходили слухи, но я не думал, что они правдивы. Юнец же совсем. — Юнец, да удалец, — спокойно парировал Шуйский. — Он спас моего племянника от хромоты, мне ногу лечил и дружинников моих и Глеба Ратиборовича с того света вытащил. Михаил Борисович скривил губы. — Слышал я про его «подвиги», — сделал он акцент на последнем слове. Франческо дель Кастелло мне всё уши вчера прожужжал. Говорит, мол, появился в Москве какой-то шарлатан, который режет людей, как свиней, и называет это лечением. Вот оно. Итальяшка времени не терял. — Франческо — учёный муж, но, поверь мне, Михаил Борисович, у Митрия золотые руки. К тому же он лечит не по книгам Авиценны, а Божьим даром. Я нахмурился и бросил быстрый взгляд на Шуйского. Эта дорожка была опасной. Но, видимо, он верил в свои силы, раз не боялся, и защитит от церкви. — Божьим даром? — Тверской фыркнул. — Или дьявольским наущением? Моя сестра, она Великая княгиня. И я не позволю, чтобы к ней прикасался какой-то безродный выскочка. — Я здесь не для того, чтобы вредить, а чтобы помочь, — набрался я смелости сказать что-то против. Тверской уставился на меня с искренним изумлением. — Ты смеешь мне отвечать? — прошипел он, делая шаг ко мне. Шуйский тут же оказался между нами. Он не сделал ни одного резкого движения, но его фигура словно выросла, перекрывая меня. — Михаил Борисович, — голос Шуйского стал ледяным. — Митрий находится под моим покровительством. И он здесь по воле твоего зятя, Великого князя Ивана Васильевича. Если у тебя есть сомнения, давай обсудим их. Но не здесь, на крыльце, на потеху холопам. Тверской князь замер. Упоминание Ивана III подействовало, как ушат холодной воды. Он смерил Шуйского злобным взглядом, потом перевёл его на меня. — Хорошо, Василий. Давай обсудим. Он кивнул в сторону небольшой крытой галереи, где никого не было. — Жди здесь, Митрий, — бросил мне Шуйский и, прихрамывая, пошёл за Тверским. POV Шуйский — Тверской Шуйский и Тверской отошли в тень крытой галереи, подальше от любопытных глаз. Здесь, среди холодных каменных столбов, гул кремлевской площади казался немного приглушенным. Василий Федорович шел тяжело, налегая на здоровую ногу, но спину держал неестественно прямо. Михаил Борисович остановился резко, развернувшись к Шуйскому всем корпусом. — Ты в своем уме, Василий? — прошипел он. — Ты притащил к одру моей сестры мальчишку? Шуйский спокойно выдержал тяжелый взгляд князя. |