Книга Рассвет русского царства. Книга 3, страница 8 – Тимофей Грехов, Ник Тарасов

Тяжело вздохнув, я выпрямился, взял заострённый кусок угля и один из драгоценных листов бумаги, купленной у купцов из Нижнего.

Я начал чертить, вспоминая обрывки знаний из прошлой жизни. Доменная печь — это вертикальная шахтная конструкция. Снизу-вверх: горн, заплечики, распар, шахта, колошник.

Горн — самая нижняя часть. Там фурмы — отверстия для подачи воздуха. Там же летки — отверстия для выпуска чугуна и шлака. Температура там запредельная — под две тысячи градусов. Нужна огнеупорная кладка. Шамотный кирпич? Нет, его у меня не было. Значит, придётся экспериментировать с глиной. Замешивать её с песком, обжигать… Чёрт, сколько же попыток это займёт?

Заплечики — сужающаяся часть над горном. Там шлак начинает плавиться, стекает вниз. Температура чуть выше полутора тысяч градусов… в идеале. А вот сколько у меня получится? Всё придётся опытным путём подгонять.

Хотя мне легче, чем первопроходцам, потому что я примерно знаю, что делать…

Распар — цилиндрическая часть, где идёт основное плавление. Четырнадцать сотен. Здесь уже можно обычный кирпич, но с хорошей перевязкой.

Шахта — длинная часть, где руда, кокс и флюсы опускаются вниз, нагреваясь от поднимающихся газов. Химия идёт полным ходом — восстановление оксидов железа.

Колошник — верх печи. Туда загружают шихту — смесь руды, кокса и известняка.

Я яростно царапал углём по бумаге, набрасывая схему. Высота печи, будет метров пять, а может и больше. Диаметр внутри — метра полтора в самом широком месте. Толщина стенок — кирпич в два ряда минимум, а лучше в три, с прослойкой из глины.

Но главная проблема была не в печи. Главная проблема — дутьё… Для нормальной работы доменной печи нужен постоянный, мощный поток воздуха. Мехами вручную этого не добиться. Нужна была механизация. А единственным доступным мне источником энергии была вода.

— «Блять, — про себя выругался я, — ну почему я не в Поттериану попал? Трах-тебидох-тебидох и трансфигурировал себе то, что надо…»

Итак, водяное колесо. Сказать проще, чем сделать…

Я отложил уголь, потёр глаза. Колесо надо строить на реке, причём так, чтобы течение было достаточно сильным. Сура подходила, весной и летом она полноводная, течение приличное. Зимой, правда, замерзала, но было это решаемо, можно прорубь делать, поддерживать её.

Колесо должно вращаться и приводить в движение мехи. Большие мехи, с клапанами. Кулачковый механизм, вал от колеса с выступами, которые будут поднимать и опускать рычаги мехов. Это обеспечит ритмичную подачу воздуха.

Я снова взялся за уголь, начал рисовать третий чертёж. Водяное колесо, вал, кулачки, мехи… Линии ползли по бумаге, образуя сложную конструкцию.

Дерево на колесо. Много дерева. Дуб лучше всего, прочный и быстро не гниёт. Железные оси, скобы, крепления. Опять железо, блин. Но это разовые затраты. Потом окупится.

Мехи… Кожа. Много кожи, крепкой и эластичной.

— «Блин, как не вовремя Ванька Кожемякин уехал», — подумал я, немного взгрустнув от того, что с ним уехала и Марьяна.

Но отогнав от себя меланхоличные мысли вернулся к работе. Клапаны, деревянные или кожаные, на петлях. Надо, чтобы воздух шёл только в одну сторону, в печь.

Я отложил уголь, посмотрел на свои каракули. Схема была корявая, линии, дрожащие, уголь царапал бумагу неприятно, но суть была понятна.