Книга Дворник 1-го уровня. Том 1, страница 24 – Дмитрий Дорничев

Типичная корейская принцесса, в плохом смысле этого слова. У меня школьный приятель встречался с «принцессой». После школы, конечно же. Пару лет назад переписывался с ним, и Денис жаловался мне на жизнь.

Ну и жаловался, что «это просто невозможно!». Ничего по дому не умеет, хочет многого, делать что-либо отказывается, как и работать, а самомнение выше гор. И это притом, что он тоже кореец.

Мне, к слову, нравятся корейцы. Очень гостеприимные, обычно позитивные и весёлые люди. Везде, конечно, есть свой гной, вот как эта парочка… Пак и Пак.

Инне было двадцать три года, и она здесь на лето. Ну, чтобы «набраться опыта», ведь после окончания учёбы она сможет перебраться в место «потеплее». То ли в городскую администрацию, то ли ещё куда-то. Не помню. Но не раз слышал, ведь Инна открыто об этом говорит, говорила и будет говорить.

Внешне же она ухоженная и миловидная. Дорогая одежда, длинные чёрные волосы, миндалевидные глаза с холодным взглядом, тонкие брови и всегда идеальный макияж. Ну и миллионы селфи за день…

А ещё она худая, но не настолько, как я, из-за чего я её бешу. Мол, рядом со мной она ощущает себя жирухой.

— Опаздываем, Михаил Фёдорович, — хмыкнула принцесса, стрельнув в меня насмешливым взглядом. А потом увидела костыль. — Ой, а что это у вас?

— Собака без намордника покусала, но ничего страшного, вскоре смогу ходить, — соврал я, потому что я не могу рассказать правду. Система Кармы сама заставляет меня врать…

— Ладно… — неуверенно ответила та. — Но взяли бы больничный, что ли.

— А мне его дадут? — приподнял я бровь, а Тамара и Галина, бухгалтерши, тут же принялись громко клацать по клавиатуре, мол, мы работаем, не трогайте нас.

— Ну… наверное?.. — то ли ответила, то ли спросила она.

— Инна Викторовна, отметьте, пожалуйста, что я вовремя пришёл, будьте другом? — попросил я, и от слова друг её, похоже, покоробило. Аж брови нахмурились, и поморщился небольшой аккуратный носик.

— Михаил Фёдорович, по правилам… — начала она, но я перебил.

— По правилам я должен уходить с работы в шесть вечера. А я до ночи обычно работаю.

— Так работайте быстрее, чтобы всё успеть, — фыркнула та, проявляя свою гнилую сущность. Я прямо вижу, как она считает меня грязью. Взгляд такой, мол, я — королева, а ты — жалкий крестьянин. Если не кто похуже…

— Я, конечно, прошу прощения…

— Вот и хорошо, а теперь идите работать. Я отметила вас уже, — перебила она меня, делая отметку в журнале.

— Я, конечно, прошу прощения, но я у вас там вижу шесть имён, которые якобы уже пришли на работу. Но при этом их я ещё никогда не видел.

— Михаил… — собралась та повысить голос, но я перебил.

— Уже двадцать шесть лет, как Михаил. И на мне одном шесть дворов, которые мы якобы всемером обслуживаем. Ну а теперь мне ещё и штраф за опоздание влепят.

Я молча развернулся и ушёл, а затем направился… Нет, не к Негативному Ноду. Вдруг из него Негатив вылезет, а я ходить не могу?..

Нет, так глупо рисковать я не буду. Так что занялся работой. Да с костылём неудобно, но что поделать? К тому же мусора не шибко много накопилось, я ведь хорошо убираюсь, и он не успевает скопиться.

— Ой, Михаил, как это ты так? Упал? — спросила бабушка, сидевшая на лавке в четвёртом дворе. Ну, тот двор, где я стекло убирал.