Книга Леди (не) против детектива. Дыхание фэйри, страница 154 – Элис Айт

Впрочем, пикси всегда славились шумностью и взбалмошностью. Гораздо больше я удивилась, когда место возле камина облюбовал огромный черный кот с белым пятнышком на груди, объявивший себя подданным Благого двора.

Кат-ши – коты-фэйри – занимались тем, что похищали души. Издавна эти существа ассоциировались с Неблагим двором, как слуа и красные колпаки. На мой вопрос, почему он присягнул Титании, кат-ши невозмутимо ответил, что коты больше любят тепло, чем холод.

Мне пришлось стрясти с него клятву, что ни у кого из этого дома он душу не украдет. Судя по тому, с каким скрипом кот ее дал, именно это он сделать и намеревался.

Некоторые «новобранцы», пополняющие наши ряды, оказались весьма полезными. К примеру, погреб миссис Лантерн своим обиталищем выбрал гном в шапке красивого лазуритового цвета – очень трудолюбивый старичок, который помогал нам создавать запасы ангельского огня. Гном работал днем и ночью, и без него мы бы точно не справились так быстро даже магией. Когда я вежливо спросила его имя, он предложил называть его просто Синим Колпаком.

Я молча понадеялась, что он не родственник красным колпакам. Железа, между прочим, старичок тоже не боялся…

Я быстро начала путаться в населяющих дом существах. Голова кружилась и из-за вечного мельтешения пикси, и из-за того, что подданные разных дворов круглыми сутками ругались и норовили сцепиться друг с другом. Коварный Джеймс заставил каждого нашего союзника принести клятву о перемирии с кучей пунктов, но это не слишком помогало. Если бы фэйри не придумали, как обойти договор, они бы не были фэйри.

Единственным островком спокойствия среди этого бушующего безумия оставался Джеймс.

Каким-то непостижимым образом он умудрялся сохранять невозмутимость. Не совсем полную, конечно. Один раз он не удержался и швырнул в Кеннета скомканную бумажку. Тот испепелил ее прямо на лету, и на этом конфликт был исчерпан. Но это были мелочи по сравнению с тем, как вели себя остальные. Даже мистер Тейлор, казалось бы, долгое время служивший Маб и привыкший к выходкам сородичей, сорвался на истерику и наорал на ярткинов из Благого двора.

Те умели повелевать природными стихиями и решили, что в доме не будет воды, пока пикси Неблагого не принесут им официальные извинения за насмешки. Разумеется, ярткинов ни на миг не взволновало, что при перекрытии труб пострадают все обитатели, в том числе их собственный двор, а не только враждебные пикси.

Пока все сходили с ума, Джеймса все это как будто не трогало. Он уверенно командовал всеми, кто попадался под руку, без оглядки, кто перед ним и к какому двору относится. Фэйри не спешили подчиняться, но пара наглядных уроков научила их послушанию. Вскоре, похоже, они уже и думать перестали о том, чтобы ерепениться в его присутствии.

Его не удавалось сбить с толку никакими усилиями. Джеймс всегда точно помнил, кому какую задачу он выдал, и, наверное, единственный не путал союзников. Вокруг него кричали, гудели, звенели и летали, а он сидел в кресле и внимательно изучал планы крепости Никневин, которые Маб составила по памяти и передала нам.

Когда я спрашивала у него, как ему это удается, Джеймс отвечал что-нибудь вроде «Если бы ты побывала на Диком Западе…» или вспоминал пресловутых индейцев, хотя уже давно было ясно, что дело совершенно не в них. Даже самые бешеные индейцы не перещеголяют толпу «добрых соседей».